— Долгую и горькую. Жизнь без чести. До последнего его дня люди будут говорить, что он испугался боя.
«Неправда, — подумал Джейме, — он боялся за своего ребенка. Он знал, чей я сын, лучше, чем моя собственная тетка».
— Он сделал свой выбор. Его дядя пустил бы нам кровь.
— Да, в этом мы с Эдмаром похожи, — голос Блэквуда ничего не выражал. — Могу я узнать, что вы сделали с сиром Бринденом?
— Я предложил ему надеть чёрное. Вместо этого он бежал, — улыбнулся Джейме. — У вас часом его нет?
— Нет.
— А если бы был — вы бы мне сказали?
Настала очередь лорда Титоса улыбаться.
Джейме соединил руки, переплетя золотые пальцы с пальцами из плоти.
— Пожалуй, самое время обсудить соглашение.
— Мне пора становиться на колени?
— Если вам будет угодно. Или мы можем сказать, что вы так и сделали.
Лорд Блэквуд остался сидеть. Вскоре они достигли договоренности по основным пунктам: признание, присяга, помилование, выплата определенной суммы золотом и серебром.
— Какие земли вы потребуете? — спросил лорд Титос. Когда Джейме передал ему карту, он взглянул лишь мельком и крякнул:
— Как же иначе. Перебежчик должен получить свою награду.
— Да, но он получит меньше, чем надеется — за малую службу. С какими из этих земель вы согласитесь расстаться?
Лорд Титос поразмыслил мгновение.
— Лесная Ограда, Арбалетный кряж и Пряжка.
— Руины, скалы и несколько лачуг? Полноте, милорд. Вы должны понести кару за свою измену. Он захочет хотя бы одну из мельниц.
Мельницы были важным источником дохода. Лорд получал десятину с зерна, которое мололи на мельнице.
— Тогда Лордову мельницу. Помольная наша.
— И ещё одну деревню. Курганы?
— У меня есть предки, чьи останки покоятся под камнями Курганов, — лорд Титос снова взглянул на карту. — Отдайте ему Древомед с его ульями. От этих сладостей он растолстеет и испортит себе зубы.
— Тогда решено. Всё, кроме одной последней детали.
— Заложник.
— Да, милорд. У вас есть дочь, если я не ошибаюсь.
— Бетани, — лорд Титос выглядел пораженным. — У меня есть двое братьев и сестра. Пара вдовых тетушек. Племянницы, племянники, кузены. Я надеялся, вы удовольствуетесь…
— Это должно быть дитя от вашей крови.
— Бетани только восемь. Нежная девочка, такая смешливая. Она никогда не уезжала из замка дольше, чем на день.
— Почему бы не показать ей Королевскую Гавань? Его Величество почти одних с ней лет. Он будет рад новой подруге.
— Которую сможет повесить, если отец подруги ему не угодит? — спросил лорд Титос. — У меня четверо сыновей. Может вместо неё вы возьмете одного из них? Бену двенадцать и он жаждет приключений. Он мог бы стать вашим оруженосцем, если вам будет угодно, милорд.
— У меня столько оруженосцев, что я не знаю, куда их девать. Каждый раз, когда я собираюсь отлить, они дерутся за право поддержать мой член. И у вас шестеро сыновей, милорд, а не четверо.
— Было шестеро. Роберт, мой младший всегда был слабеньким. Он умер девять дней назад от кишечной болезни. Лукаса убили на Красной свадьбе. Четвёртая жена Уолдера Фрея была из Блэквудов, но родство в Близнецах чтят не больше, чем законы гостеприимства. Я хотел бы похоронить Лукаса под нашим деревом, но Фреи до сих пор не сочли нужным вернуть мне его останки.
— Я прослежу, чтобы они это сделали. Лукас был вашим старшим сыном?
— Вторым. Бринден — мой старший и мой наследник. За ним идет Хостер. Боюсь, он слишком много времени проводит за книгами.
— В Королевской Гавани полно книг. Помню, мой младший брат их порой почитывал. Возможно, и вашему сыну захочется взглянуть на них. Я приму Хостера в качестве вашего заложника.
Облегчение Блэквуда было слишком явным.
— Благодарю вас, милорд, — он мгновение колебался. — Простите мою дерзость, но я бы посоветовал вам взять заложника и от лорда Джоноса. Одну из дочерей. При всём распутстве ему недостает мужской силы, чтобы зачать сыновей.
— У него был сын-бастард, погибший на войне.
— Да ну? Гарри родился бастардом, что верно, то верно, но являлся ли Джонос его отцом — вопрос щекотливый. Парень был светловолос и хорош собой, а Джонос — ни то, ни другое, — лорд Титос поднялся со своего кресла. — Окажете ли вы мне честь, отужинав со мной?
— Как-нибудь в другой раз, милорд. — Замок голодал, Джейме было не к лицу вырывать у них изо рта последний кусок. — Я не могу задерживаться. Риверран ждёт.