Шкуры зашевелились, и на тех, что смёрзлись между собой, засверкал иней. Сначала показалась рука, потом голова: спутанные и припорошенные сединой каштановые волосы, два злобных глаза, нос, рот, борода. На усах пленника висели льдинки замёрзших соплей.
— Сноу. — Пар от дыхания пленника затуманил лёд позади его головы. — Ты не имеешь права удерживать меня. Законы гостеприимства…
— Ты мне не гость. Ты пришёл к Стене без моего позволения, с оружием, чтобы увести племянницу против её воли. Леди Элис потчевали хлебом-солью. Она гость. Ты — узник. — Джон позволил паузе немного затянуться и продолжил. — Твоя племянница вышла замуж.
Креган Карстарк оскалился:
— Элис была обещана мне.
Несмотря на то, что ему было за пятьдесят, он вошёл в камеру сильным человеком, но холод лишил его этой силы и оставил окоченевшим и слабым.
— Мой лорд-отец…
— Твой отец кастелян, а не лорд. А кастелян не имеет права принимать решений, касающихся брака.
— Мой отец, Арнольф — лорд Кархолда.
— По всем известным мне законам сын наследует вперёд дяди.
Креган вскочил на ноги и отпихнул путавшиеся под ногами меха.
— Харрион мёртв.
«Или скоро будет».
— Дочь также наследует вперёд дяди. Если её брат мёртв, то Кархолд принадлежит леди Элис. А она вышла замуж за Сигорна, магнара теннов.
— Одичалый. Грязный убийца-одичалый.
Руки Крегана сжались в кулаки. На них были кожаные перчатки, подбитые тем же мехом, что и затвердевший от холода плащ, свисавший с его широких плеч. Чёрное шерстяное сюрко украшало белое солнце — герб его дома.
— Я вижу, что ты такое, Сноу. Наполовину волк, наполовину одичалый, ублюдок, рождённый от предателя и шлюхи. Ты способен уложить благородную девицу в постель к какому-то вонючему дикарю. Опробовал её сам для начала? — засмеялся он. — Хочешь убить меня, так сделай это и будь проклят как братоубийца. В Старках и Карстарках течёт одна кровь.
— Я Сноу.
— Ублюдок.
— Виновен. По крайней мере, в этом.
— Пусть только этот магнар заявится в Кархолд. Мы отрубим его голову и поставим в нужнике, чтобы ссать ему в глотку.
— Сигорн — предводитель двух сотен теннов, — заметил Джон. — К тому же леди Элис считает, что Кархолд откроет перед ней свои ворота. Двое ваших людей уже принесли ей присягу и подтвердили каждое её слово по поводу планов, которые ваш отец строил с Рамси Сноу. Мне сказали, что у вас имеется близкая родня в Кархолде. Ваше слово может спасти им жизнь. Сдайте замок. Леди Элис простит предавших её женщин и позволит мужчинам надеть чёрное.
Креган покачал головой, тихонько звякнув примерзшими к его волосам кусочками льда.
— Никогда, — ответил пленник. — Никогда, никогда, никогда.
«Мне следовало отдать его голову леди Элис и её магнару в качестве свадебного подарка». — Джон думал об этом, но не посмел рискнуть. Ночной Дозор не принимает ничью сторону в распрях внутри страны. Некоторые сказали бы, что он и так слишком помог Станнису. «Обезглавлю этого дурака, и скажут, что я убиваю северян, чтобы отдать их земли одичалым. Освобожу его, и он постарается разрушить то, что я сделал для леди Элис с магнаром». Джон задумался, как бы поступил на его месте отец, и что бы предпринял дядя. Но Эддард Старк мёртв, а Бенджен потерялся в холодных чащобах за Стеной.
«Ничего ты не знаешь, Джон Сноу».
— Никогда — это слишком долго, — сказал Джон. — Завтра ты можешь передумать. Или через год. Но рано или поздно король Станнис вернется на Стену. А когда он это сделает, то убьёт тебя… если ты, конечно, не предпочтёшь плащ дозорного. Когда человек принимает чёрное, его преступления стираются.
«Даже такого человека, как ты».
— Теперь прошу меня простить. Меня ждёт пир.
После пронизывающего холода ледяных камер в переполненном подвале было так жарко, что, спустившись, Джон чуть не задохнулся. Воздух сочился ароматами дыма, жареного мяса и пряного вина. Сноу занял своё место на помосте под слова тоста, который произносил Акселл Флорент.
— За Свет Севера: короля Станниса и его жену, королеву Селису! — проревел сир Акселл. — За Рглора, Владыку Света, и пусть он защитит нас всех! Одна страна, один бог, один король!
— Одна страна, один бог, один король! — отозвались люди королевы.
Джон выпивал с остальными. Он не мог сказать, радовалась ли хоть немного Элис Карстарк своему замужеству, но, по крайней мере, этой ночью они будут праздновать.
Стюарды внесли первое блюдо: луковый бульон с кусочками моркови и козлятины. Не особо королевское кушанье, но довольно питательное, с приятным вкусом, а главное — согревающее. Оуэн Олух взялся за скрипку, и кто-то из вольного народа присоединился к нему с дудками и барабанами. «Они играли на этих же инструментах, возвещая нападение Манса Налётчика на Стену». Джону казалось, что сейчас их музыка звучит приятнее. Вместе с бульоном подали тёплые буханки грубого чёрного хлеба. На столах стояли соль и масло. Джон помрачнел от этого зрелища. Боуэн Марш говорил, что у них достаточно соли, но масло закончится в течение месяца.