— Боб вытащил нож и предложил побиться об заклад, что дезертиры набиты жёлтым дерьмом, — рассказал сир Геррис. — Поэтому я дал ему золотой дракон, осведомившись, достаточно ли тот для него жёлтый. Он попробовал монету на зуб и спросил, что я хочу купить, а услышав ответ, убрал нож и поинтересовался, пьян я или свихнулся.
— Пусть думает, что хочет. Лишь бы доставил наше послание, — ответил Квентин.
— Это он устроит. Держу пари, вы даже встретитесь лишь для того, чтобы Оборвыш приказал Милашке Мерис вырезать тебе печень и зажарить с луком. Лучше бы мы послушались Селми. Когда Барристан Смелый советует бежать, умные люди обувают сапоги. Нужно найти корабль до Волантиса, пока порт ещё открыт.
При одном упоминании о корабле лицо сира Арчибальда позеленело.
— Никаких кораблей. Я скорее допрыгаю до Волантиса на одной ноге.
«Волантис, — подумал Квентин. — А потом Лис и дом. Обратно по своим следам, но с пустыми руками. Три храбрых человека погибли, и ради чего?»
Будет здорово вновь увидеть Зеленокровную, посетить Солнечное Копьё и Водные Сады, вдохнуть свежий горный воздух Айронвуда вместо мерзких горячих и влажных испарений Залива Работорговцев. Квентин знал, что отец не упрекнёт его ни словом, но глаза будут полны разочарования. Сестра станет его презирать, а Песчаные Змейки примутся насмехаться и провожать тонкими, как лезвие меча, улыбками. А лорд Айронвуд, названный отец, отправивший с ним в качестве телохранителя собственного сына…
— Я вас не держу, — заявил Квентин друзьям. — Мой отец поручил это дело мне, а не вам. Если хотите, отправляйтесь домой любым способом. Я остаюсь.
Громадина пожал плечами.
— Тогда мы с Дринком тоже остаёмся.
Следующей ночью у дверей принца появился Дензо Дхан с ответными условиями.
— Он встретится с вами завтра у рынка специй. Ищите дверь с пурпурным лотосом. Постучитесь дважды и скажите условное слово — «свобода».
— Договорились, — ответил Квентин. — Со мной будут Арч и Геррис. Он может привести двух мужчин, не больше.
— Как пожелаете, мой принц. — Вежливые слова, но тон был преисполнен злобного ехидства. В глазах певца войны притаилась откровенная насмешка. — Приходите на закате, и убедитесь, что за вами не следят.
Дорнийцы вышли из Великой пирамиды за час до заката на случай, если заблудятся по дороге или не сразу найдут пурпурный лотос. Квентин с Геррисом опоясались мечами, а Громадина закинул за плечи боевой молот.
— Ещё не поздно отказаться от этой глупой затеи, — напомнил Геррис, когда они пробирались по зловонному переулку к старому рынку специй. В воздухе воняло мочой, а впереди слышался грохот железных ободьев труповозки.
— Старый Костлявый Билл любит повторять, что Милашка Мерис способна продержать человека целый месяц на грани смерти. Мы им солгали, Квент. Использовали их для того, чтобы добраться сюда, а потом перебежали к Воронам-Буревестникам.
— По приказу.
— Да, но Оборвыш не подразумевал, что мы сделаем это по-настоящему, — возразил великан. — По нашей милости остальные его ребята — сир Орсон, Дик-Соломинка, Хангерфорд, Деревянный Уилл и прочие всё ещё сидят в темнице. Старому Оборванцу это не понравится.
— Верно, — согласился принц Квентин, — зато ему нравится золото.
Геррис рассмеялся.
— Какая жалость, что у нас его нет. Ты веришь в этот мир, Квент? Я — нет. Половина города называет убийцу дракона героем, а вторая при его упоминании приходит в неистовство.
— Харзу, — произнёс Громадина.
Квентин нахмурился.
— Вроде, его зовут Харгаз.
— Хиз-дар, Хум-зум, Хаг-наг — да какая разница? Я всех их называю Харзу. И никакой он не убийца драконов. Всё, что он сделал, так это дал поджарить свою задницу до чёрной хрустящей корочки.
— Но он был храбрым.
«Хватило бы у меня самого смелости встретиться с чудовищем, вооружившись только копьём?»
— Ты хотел сказать, что он храбро умер.
— Умер он с воплями, — поправил Арч.
Геррис положил руку на плечо Квентина.
— Даже если королева объявится снова, она всё ещё будет замужем.
— Овдовеет, если я слегка приглажу короля Харзу своим молоточком, — предложил великан.
— Хиздар, — поправил Квентин. — Его зовут Хиздар.
— Один поцелуй моего молота и поминай как звали, — ответил Арч.
«Они не понимают. — Его друзья утратили истинную цель путешествия. — Путь ведёт через неё, а не к ней. Дейенерис — ключ к победе, а не сама победа».