— Лучше следите за своим языком, сир. — Рыцарю не нравился этот Геррис Дринкуотер, и он не мог позволить дорнийцу хулить Дейенерис. — Смерть принца Квентина — дело его собственных рук, да и ваших тоже.
— Наших? Нас-то за что винить, сир? Да, Квентин был нашим другом. И не без дури в голове, по правде говоря. Впрочем, все мечтатели — глупцы. Но прежде всего он был нашим принцем. Повиноваться ему было нашим долгом.
С этим Барристан Селми спорить не мог. Он и сам большую часть жизни покорно выполнял приказы пьяниц и безумцев.
— Принц опоздал.
— Квентин преподнёс ей своё сердце, — повторил сир Геррис.
— Ей нужны мечи, а не сердца.
— Он дал бы ей и копья Дорна.
— Неплохо бы. — Едва ли кто-то ещё так отчаянно желал, чтобы королева ответила дорнийскому принцу благосклонностью, как Барристан Селми. — И всё же он опоздал, и это безрассудство… подкупить наёмников, выпустить на город двух драконов… безумие, даже хуже, чем безумие. Измена.
— Он сделал всё это ради любви к королеве Дейенерис, — настаивал Геррис Дринкуотер. — В доказательство того, что достоин её руки.
Старому рыцарю этот разговор надоел.
— Принц Квентин сделал всё это ради Дорна. Вы принимаете меня за какого-то слабоумного деда? Я всю жизнь служил при королях, королевах и принцах. Солнечное Копьё собиралось восстать против Железного Трона. Нет, не трудитесь это отрицать. Доран Мартелл — не тот человек, что будет созывать копья без надежды на успех. Сюда принца Квентина привёл долг. Долг, честь, жажда славы… но не любовь. Квентин прибыл сюда за драконами, а не за Дейенерис.
— Вы не знали его, сир. Он…
— Он мёртв, Дринк. — Айронвуд поднялся на ноги. — Словами его не вернуть. И Клетус мёртв, и Уилл. Так что закрой свой проклятый рот, пока я не заткнул его кулаком. — Огромный рыцарь повернулся к Селми: — Что вы хотите с нами сделать?
— Скахаз Бритоголовый хочет вас повесить. Вы убили четырёх его человек. Людей королевы. Двое из них были вольноотпущенниками и следовали за её величеством от самого Астапора.
Айронвуда это не удивило.
— Люди-звери, верно. Я убил только одного — с головой василиска. С остальными разделались наёмники. Но это одно и то же, я понимаю.
— Мы защищали Квентина, — сказал Дринкуотер. — Мы…
— Молчи, Дринк. Он знает. — Огромный рыцарь вновь обратился к сиру Барристану: — Захоти вы нас повесить, не пришли бы сюда и не заводили разговоров. Значит, дело не в этом, верно?
— Нет. — Этот великан не такой тугодум, как кажется. — Мне будет больше проку от вас живых, чем от мёртвых. Послужите мне, и я посажу вас на корабль, который доставит вас назад в Дорн, и отдам вам кости принца Квентина, чтобы вы могли вернуть их его лорду-отцу.
Сир Арчибальд скривился.
— И почему опять корабль? Хотя да, кому-то надо отвезти Квента домой. Что от нас требуется, сир?
— Ваши мечи.
— Мечей у вас тысячи.
— Вольноотпущенники королевы ещё не бывали в бою. Наёмникам я не доверяю. Безупречные — доблестные солдаты… но не воины. Не рыцари. — Он помолчал. — Расскажите мне про вашу попытку украсть драконов.
Дорнийцы переглянулись. Затем Геррис Дринкуотер начал:
— Квентин сказал Принцу в Лохмотьях, что сможет ими управлять, что это у него в крови. Он по крови Таргариен.
— Кровь дракона.
— Да. Наёмники должны были помочь нам заковать зверюг в цепи, чтобы потом доставить их в гавань.
— Оборванец обещал найти нам корабль, — добавил Айронвуд. — Большой корабль — на тот случай, если мы заполучим обоих драконов. И Квент собирался лететь на одном из них. — Он взглянул на свои забинтованные руки. — Но вам же известно, что стоило нам забраться в подземелье, как всё пошло прахом. Драконы оказались слишком дикими. Цепи… да там было полно разломанных цепей с расколотыми костями вперемешку. И преогромных, звенья с вашу голову величиной. И Квент, спасите его Семеро, выглядел так, словно вот-вот наложит в штаны. Кагго и Мерис не слепые, они это видели. Потом у одного из арбалетчиков не выдержали нервы. Или, может, они с самого начала собирались убить драконов, а нас только использовали, чтобы подобраться поближе. С этим Голодранцем никогда не угадаешь. Как ни крути, мы попали впросак. Стрела только разозлила драконов, а они и так были не в лучшем настроении. А потом… всё стало совсем плохо.
— И Гонимых Ветром как ветром сдуло, — продолжил сир Геррис. — Квент кричал, охваченный огнём, а они убежали. Кагго, Милашка Мерис — все, только покойник лежать остался.
— И чего ты ожидал, Дринк? Кошка убивает мышку, свинья валяется в дерьме, а наёмник удирает как раз тогда, когда он больше всего нужен. Нельзя винить того, кто таков от природы.