— Ты хоть представляешь, о какой сумме идет речь? Сотни миллионов долларов. Вокруг этих денег уже кружат акулы, учуявшие запах крови. Антон или подпишет бумаги, по которым бизнес брата отойдет каким-нибудь его компаньонам, или в ближайшем будущем сам пойдет на корм пираньям.
— В этом случае Антону не было смысла убивать брата.
— Возможно, у него не хватило ума этого понять.
— И все-таки вероятность того, что смерть Максима связана с его бизнесом, достаточно велика?
— Разумеется, но отработка этой версии не сулит особых перспектив. Если смерть Светоярова — дело рук профессионального киллера, шансы выйти на него или на заказчиков убийства близки к нулю.
— Все правильно. Зачем надрываться, если у вас у без того есть парочка отличных подозреваемых, — съязвила я.
— Так работает система, — философски заметил Колюня, и, смахнув с подбородка крошки от почившего в бозе торта, переключился на конфеты. — Я всего лишь один из ее винтиков.
— Ты имеешь представление о том, кто хотел перехватить бизнес Светоярова?
— Хотели все, кому не лень, — отмахнулся опер. — Надеюсь, ты не собираешься совать нос в это дерьмо. Не путай написание детективов с реальной жизнью. Пули здесь свинцовые, а не бумажные.
— И все-таки?
— Не знаю, — недовольно поморщился Чупрун. — Прошло слишком мало времени, чтобы все это выяснить.
По скользнувшему в сторону взгляду я поняла, что он говорит неправду. Ничего страшного, найдем другие источники информации.
— Ты не знаешь, отчего заболел Антон?
Колюня удивленно посмотрел на меня.
— Я полагал, это у него врожденное.
— Тетя Клава сказала мне, что в одиннадцатилетнем возрасте Антон "остановился", то есть, его умственное развитие задержалось на этой стадии. О причинах "остановки" она говорить категорически отказалась Судя по выражению ее лица, произошла какая-то очень неприятная история. Не исключено, что Макс сыграл в ней определенную роль.
— То есть мотив для убийства следует искать в давнем прошлом?
— Не знаю. Если честно, меня мучает любопытство.
— Все понятно! — опер шутливо погрозил мне пальцем. — Надеешься раскопать драму, которую вставишь в очередной детектив.
— Почему бы и нет? Зачем напрягать фантазию, если жизнь подбрасывает наиболее интересные сюжеты.
— Ладно, я выясню это по своим каналам.
— Позвони мне, как только что-то узнаешь.
Опер выразительно посмотрел на оставшиеся в коробке конфеты. Я правильно интерпретировала его взгляд.
— Торт и бутерброды гарантирую.
Чупрун удовлетворенно похлопал себя по "комку нервов".
— Неплохо быть продажным ментом.
— Еще бы! Я бы тоже не прочь стать продажной писательницей, только никто меня почему-то не покупает. Даже обидно.
— Если когда-нибудь разбогатею, обязательно тебя куплю, — пообещал Колюня.
— И что я должна буду делать?
— Писать о высочайшем профессионализме, принципиальности и неподкупности сотрудников российской милиции, — издевательски хихикнул он.
Я выпрямилась с видом оскорбленного достоинства.
— Для каждого человека существует предел, который он не может преступить.
— Ладно, тогда остановимся на высочайшем профессионализме. Принципиальность и неподкупность оставим другим авторам.
— Договорились, — кивнула я. — Теперь тебе остается украсть пару миллионов долларов у торговцев наркотиками.
Собираясь на ночную байкерскую тусовку в качестве обладательницы "крутой" "хонды варадеро", я, войдя в роль, неожиданно ощутила себя настоящей "мотошизанутой" байкершей. Чтобы больше соответствовать стилю, я нарядилась во все черное — эластичные джинсы, водолазку, кожаную куртку. Критически оглядев себя в зеркало, я, в качестве дополнительных аксессуаров нацепила на шею подвеску из крупного акульего зуба и пулю на серебряной цепочке. Довершали картину широкие кожаные браслеты, покрытые острыми шипами и металлическими пластинами.
Браслеты, на самом деле являющиеся декоративными щитками для предплечий, были подарком от третьего бывшего мужа. Плотно облегая руки, они могли использоваться не только для защиты но и в качестве оружия нападения. В период увлечения боевыми искусствами я училась принимать на браслеты удары ножа и, защемляя лезвие между шипами, поворотом предплечья обезоруживать противника. При атаке браслеты разили с эффективностью кастета, а кожу вспарывали не хуже, чем заточка или зубочистки Витюни. Словом, вещицы были не только красивые, но и крайне полезные во всех отношениях.
Хотя драка на ножах в мои планы не входила, я решила, что буду выглядеть в этой экзотической бижутерии не хуже, чем Турбина с ее замками и металлическим когтем. Надо же, в конце концов, следовать мотошизанутой моде!
Несмотря на урок вождения мотоцикла, преподанный мне Жанной, поначалу я чуть не врезалась в забор соседа, едва не переехала кошку и чудом не свалилась в кювет. Освоившись с управлением, я вырулила на шоссе, по которому и двинулась с позорной для истинного байкера скоростью в 70 км/час.
Если верить Бублику, еще несколько дней рокеры должны были тусоваться на месте проведения фестиваля, хотя кульминация праздника завершилась позавчера.
Все было почти так же, как в ночь гибели Аспида, но в значительно меньшем масштабе. Всего три костра, музыка грохочет не столь оглушительно, да и народа значительно меньше. Наверное, байкеры из других городов уже разъехались по домам.
Присоединяться к теплой компании мне не хотелось, и я предпочла держаться в темноте леса, куда не добирался свет костров. Несмотря на мое отвращение к ношению очков, на этот раз я прихватила их с собой, понимая, что со своей близорукостью вряд ли смогу из укрытия разглядеть Турбину. Именно ради встречи с ней я временно переквалифицировалась в рокершу.
Одноглазую амазонку я заметила почти сразу. Стоя около дальнего костра, она болтала с двумя зловещего вида парнями. Пока я решала, стоит ли подойти к ней сейчас или подождать, пока байкерша отделится от группы, у костра появилось новое действующее лицо. Это был Антон. Похоже, смерть брата травмировала его не так сильно, как я полагала.
Громовая нога перекинулся парой слов с Турбиной и тут же отошел, мгновенно растаяв в темноте.
Одноглазка потрепалась с дружками еще пару минут, и тоже двинулась в лес, правда, немного в другом направлении.
Любопытно, куда она направляется. Может, Антон назначил ей свидание? Охваченная очередным порывом сыщицкого зуда, я крадучись последовала за Турбиной. В темноте от очков проку было немного, так что я их сняла и сунула в карман, решив полагаться на слух. Идущая на ущерб луна не слишком облегчала дело — тень деревьев была слишком густой.
Огни костров уже исчезли из виду, когда я поняла, что потеряла Турбину. Я больше не слышала ее. Лишь ветер шелестел в ветвях, да со стороны байкерской тусовки изредка долетали приглушенные расстоянием взрывы хохота.
Внезапно ночную тишину разорвал короткий испуганный вскрик. Позабыв о конспирации, я инстинктивно ринулась в его направлении. Пару минут спустя я горько жалела о собственной неосторожности, но было уже поздно.
Турбина лежала, раскинув руки и ноги, в центре небольшой поляны. Провал обведенного черной помадой рта зиял на бледном лице, как воронка от взрыва. Лунный свет с беспощадным реализмом высвечивал торчащую под левой грудью рукоятку ножа. Она была светлой, с упорами для пальцев и блестящей никелированной гардой.
Над телом байкерши склонился Антон. В черном байкерском прикиде он казался вороном, готовым выклевать глаза жертвы.
Сухая ветка предательски хрустнула у меня под ногой. Антон отреагировал мгновенно, резко повернувшись ко мне всем телом. Его лицо было искажено безумием.
Ладонь Светоярова обхватила рукоятку ножа, вырывая из раны обагренное кровью лезвие. На миг я оцепенела от ужаса. Время остановилось и я, как в замедленной съемке, следила, не в силах двинуться с места, как Антон с занесенным для удара ножом прыгает на меня.
Обычно в моменты опасности меня охватывает особое состояние ясности, в котором я действую почти бессознательно, на "автопилоте". Вот и сейчас некая часть моего сознания отреагировала совершенно парадоксальным образом, и я замерла, дав себе приказ не двигаться, не кричать и не выказывать страха. Интуитивно я чувствовала, что не успею отвести удар, а любое активное действие лишь сильнее спровоцирует безумца.