Поэтому последние дни мы висели недалеко от планеты и ждали возможных гостей. Которые отчего-то не слишком торопились появляться. Это немного начинало раздражать, ведь мы могли бы провести время более интересно на Тортуге. Но нужно было терпеть и ждать дальше.
Вспомнив название планеты я усмехнулся. При последнем нашем общении с Клеем Торлиным, который теперь уже официально стал новым главой всех местных, я поинтересовался, почему они до сих пор не дали своему городу, да и всей планете название. Как-то это было странно. На ответ, что всем на это наплевать, я предложил одноименное имя для всего мира и их поселения — Тортуга. Пожав плечами, Клей согласился и сказал, что доведет эту информацию до сведения всех людей.
Каждый раз, думая об этом новом названии планеты, у меня на лицо само собой наползала ухмылка. Старое название пиратского порта с Земли, примененное к планете в тысячах световых лет от нее, казалось мне отчего-то забавным. Так же как название корабля и его искина. Может быть — это мое подсознание так указывает мне на мою возможную тоску по далекой Родине? Вполне возможно. Но возвращаться туда я все равно не собираюсь. Потому что как на это не посмотри, я стал совсем другим человеком здесь.
— Внимание, наблюдаю сигнатуру корабля, — я был у себя в каюте, когда Флинт доложил о появлении гостя на орбите планеты. Быстро одевшись я побежал на командный мостик. Где уже находился Дастин — сейчас было его время дежурства.
— Боевой? Какой тип, вооружение? Начал сканировать? — я сходу зада несколько вопросов, усаживаясь в свое кресло.
— Это не наши преследователи. Похоже это корабль корпорации, — ответил Дастин. Я посмотрел на главный монитор, куда были выведены результаты сканирования корабля:
«Большой келианский грузовой транспорт, модель «Траск».
Срок службы — двести сорок четыре года.
Грузовой отсек — один миллион тонн.
Двигатели: маршевые двигатели келианского производства 51П,
гипердвигатель ГТ105.
Экипаж: двадцать человек.
Автономность полета — один стандартный год.
Максимальная дальность прыжка — сто световых лет.
Имеет на борту два грузовых орбитальных бота модели «1140Б» и тридцать дроидов погрузчиков.
Не может приземляться на планетарные поверхности с кислородной атмосферой».
— Что это еще за старье? Разве в Содружестве больше не действует закон о принудительной утилизации кораблей на двухсотлетием сроке службы? — я несколько недоуменно посмотрел на Дастина.
— Этот закон, насколько я знаю, действует только для государственных структур и пассажирских кораблей. Грузовые транспорты и иные частные корабли можно эксплуатировать сколько угодно долго. Пока они полностью не развалятся от износа корпуса. Грузовозы скупают подешевке и после небольшого ремонта используют те, кому не по карману более новые корабли.
— Никакой ремонт не заменит износ металла в открытом космосе за два столетия.
— Вообще-то есть специальные средства, после обработки, которыми срок службы корабельного металла увеличивается. Можно продлить срок службы еще на несколько десятков лет.
— А ты откуда об этом знаешь? У меня такой информации в пилотской базе нет, — с интересом спросил я.
— Опыт, — Дастин пожал плечами. — Ты бы тоже о таком услышал рано или поздно. В базах знании пилотов об этом действительно ничего нет, но все же об этом знают почти все, кто провел за штурвалом космических кораблей несколько лет.
Я кивнул. Действительно, личный опыт тоже много стоил.
— Будем его брать, капитан?
— Да, пошлем Сивура с бойцами и дроидами, пусть возьмут его на абордаж, — сказал я одновременно подключаясь к Корсару через свой имплант. Для начала захвата следовало подойти к транспортнику корпорации поближе. Мы сейчас находились у одного из спутников Тортуги, далеко от орбиты планеты.
Абордажники отлично справились со своей работой. Все было сделано, как по писанному — Забияки подошли к грузовозу и принудительно пристыковались. Бойцы с Гекатами быстро ворвались и захватили командную рубку и двигательный отсек. Никакого сопротивления, никаких жертв. Не было произведено даже ни одного выстрела, включая бортовые орудия Корсара. Они явно не ожидали здесь нападения.