Я смотрю на фотографии на стене.
– Мой дед часто сюда заходил в те времена? – спрашиваю я.
– Заходил. – Самсон скользит бритвой по моему горлу. – До сих пор иногда заглядывает.
– Почему он позволил этому городу прийти в упадок, если он так его любил?
Самсон сосредоточен на своём деле, вытирает лезвие о ткань на плече и снова подносит к моему лицу.
– Он не Бог, Хантер.
Я знаю, но посмотрите, что моя семья – и семья Дилан – сделала для Шелбурн–Фоллз за то же время. Фоллз не считался богатым районом, когда рос мой отец. Наш дом был одним из первых такого размера, когда его построили, а теперь там целый квартал таких же. С Джексом, управляющим треком и летним лагерем, Джаредом и ДжейТи Рэйсинг, и моим отцом, привлекающим новый бизнес, город стал местом, куда приезжают люди. Мой дед не менее умён и не менее вовлечён. Он, в конце концов, сохранил здесь дом.
Мне нужно знать, почему он позволил ему попасть в руки Грин–стрит, особенно с учётом...
Я медленно выдыхаю, пока бритва скользит по моей щеке.
– Ты знаешь, что Фэрроу – сын моего деда, да?
Самсон не дрогнув вытирает бритву и снова ведёт по моей коже.
– Ты знаешь, что она в том доме не одна, да?
Я сжимаю пальцы на подлокотниках, забывая о деде и Фэрроу.
Я не видел ни одного человека, входящего или выходящего из того дома, кого бы я не знал.
Но...
К тому же, он никогда не казался по–настоящему заброшенным. У него всё ещё есть владелец.
Флетчер заканчивает, я расплачиваюсь и иду через дорогу к дому Дилан.
Поднимаю руку, чтобы постучать, на мгновение замирая.
Карутерс покончил бы с этим сейчас. Перекинул бы её через плечо, невзирая на то, как сильно она бы брыкалась и кричала.
Пирс знает, что получит желаемое – в конце концов – так что наслаждается прелюдией.
Я стучу, и через несколько секунд Дилан открывает.
– Ты нужна мне сегодня вечером, – говорю я ей.
***
Мы подъезжаем к вечеринке, слегка опоздав – ровно настолько, чтобы это выглядело стильно. Команда не хотела приезжать вовремя и создавать впечатление, будто нам сегодня больше нечем заняться, но мой брат не дурак. Если бы мы прождали с приездом час, он бы просто выложил пост о том, как мы боимся появляться на их территории.
Вместо этого мы все въезжаем на подъездную дорожку моих родителей – Констин, Фэрроу, Дилан и Мэйс на байках, остальные на машинах и пикапах – в половине девятого, и, по словам Фэрроу, уезжаем в десять.
Дилан слезает с мотоцикла и снимает шлем; её красная кожаная куртка – никакая не защита. Сквозь ткань угадываются очертания бикини, а голая талия притягивает меня, как грёбаный магнит.
Она снимает рюкзак и достаёт контейнер с брауни – должно быть, заехала за ними в «Глазурь» по дороге. Сказала, Куинн оставила угощения.
Мы все заходим в дом, я открываю дверь и веду всех внутрь.
– Добро пожаловать, – раздаётся голос Кейда.
Он выплывает в прихожую в плавательных шортах, без рубашки и обуви, с бокалом в руке – будто я тоже здесь впервые. Столи и Дирк фланкируют его, из кухни доносятся голоса. Другие гости движутся у бассейна за двустворчатыми дверями патио, над водой поднимается пар.
Кейд останавливается передо мной.
– Ключи в вазу, – говорит он, указывая на своего друга, который держит стеклянную миску. – Столи будет отвечать за трезвость, когда будете уезжать.
В миске уже лежит с дюжину ключей, не меньше.
Фэрроу оглядывается на своих и объявляет:
– Какой–то парень по имени Столи будет проверять, достаточно ли мы трезвы, чтобы садиться за руль. Все слышали?
По толпе прокатываются смешки и хихиканье, потому что Столи заслужил своё прозвище, всегда будучи первым, кто теряет трезвость. Его настоящее имя – Джош. (Stolichnaya – Столи, игра слов от названия водки).
Мэйс выходит вперёд, протягивая раскрытый рюкзак.
– Я подержу наши.
Все по очереди скидывают ключи к ней в сумку, пока мы с Кейдом смотрим друг на друга. Я вижу бледно–лиловый синяк под его глазом и царапину на челюсти. Его взгляд, тяжёлый от напряжения, говорит мне: он бы не стал возражать, если бы я захотел закончить ту драку. Всё, что нужно сегодня – чтобы кто–то поднёс спичку.
Я опускаю взгляд и замечаю у него на боку татуировку из трёх треугольников – такую же, как у нашей матери.
– Туалет есть в гостевом домике у бассейна, – объявляет Кейд для всех, – один возле кухни и ещё один в подвале. Наверх не подниматься, и если трахаетесь в моём доме – не оставляйте следов. Даже презервативов.
Корал протягивает ему картонный подстаканник за ручки.
Он берёт его.
– Это что?