– Я не верю в это.
Я не усну.
Но тут Кейд поворачивается и поднимает что–то над головой.
– Это то, что я думаю?
Я смотрю и в лунном свете вижу свой вибратор.
– О боже!
Я хватаю его и швыряю через всю комнату, вижу, как он приземляется прямо у открытой двери спальни, а Кейд усмехается.
– Кто–то плохо делает свою работу, – дразнит он.
Я снова переворачиваюсь, зарываясь лицом в грудь Хантера.
Его рука касается моих волос, я поднимаю взгляд и вижу, как он смотрит на меня.
– Нет, хорошо, – шепчу я.
Он кривит губы в лёгкой улыбке, и я тоже.
***
Мы плохо спали.
Сначала.
Кровать слишком маленькая, и мы поняли, что все поместимся, если ляжем на бока, но потом Хантер понял, что не хочет обнимать меня, если сзади будет его брат, а они не хотели обнимать друг друга, так что Кейд остался спать на боку, а я просто заснула на Хантере.
Они отключались между попытками устроиться поудобнее, но я, кажется, по–настоящему уснула только через час.
Когда я просыпаюсь, я почти полностью растеклась по Хантеру, а рука Кейда обнимает нас обоих.
Я моргаю и запрокидываю голову, чтобы посмотреть на Хантера. Его голова повёрнута набок, он мирно дышит, его волосы падают на закрытые глаза.
Жар его тела просачивается в мою кожу, и я не могу перестать смотреть на его волосы. Столько оттенков светлого… пряди почти светло–каштановые, они перемешаны, будто нарочно, с более светлыми тонами. Я никогда этого не замечала.
Протянув руку, я провожу по линии его носа, касаюсь его только кончиком пальца, но от этого прикосновения волоски на моей руке встают дыбом.
Его лоб хмурится, он начинает шевелиться, и я провожу тыльной стороной пальцев легонько по его векам. Веду подушечками пальцев по его лицу, в груди распирает так, что кажется, из комнаты выкачали весь воздух.
Я обхватываю его челюсть ладонью, провожу большим пальцем по его губам.
Он открывает глаза и сразу же ловит мой взгляд.
– Я люблю тебя, – говорит он.
Я улыбаюсь, во все зубы, меня охватывает удивительное чувство, будто я сейчас расплачусь от счастья.
Я открываю рот, но звук позади меня обрывает меня на полуслове.
Я поворачиваю голову, Хантер приподнимается, и Кейд дёргается, просыпаясь.
В открытом дверном проёме стоит мой отец. Поднос с двумя стаканчиками кофе навынос валяется на полу там, куда он их уронил.
Его глаза полны ярости, они горят, как динамитные шашки, а грудь вздымается всё быстрее и быстрее.
– Какого хрена? – рычит он.
Я внезапно осознаю, что на мне только футболка и трусики, а Кейд и Хантер оба полуголые.
Я дёргаюсь, пытаясь выбраться из переплетения рук и ног.
– Пап, – выдыхаю я.
– Ох, чёрт, – стонет Кейд, скатываясь на пол и поднимаясь.
Я пытаюсь слезть с Хантера, пока он быстро накрывает меня простынёй, перепрыгивает к столу и хватает мои джинсы. Кидает их мне, и я поспешно натягиваю их под одеялом.
Я не свожу глаз с отца.
Но он не смотрит на меня. Он смотрит в пол, делает два шага и поднимает что–то с земли. Когда он показывает вибратор, я всхлипываю, мои глаза округляются от ужаса.
– Это не то, чем кажется! – кричу я. – Честно.
Когда он поднимает глаза, он смотрит на Кейда, потом на Хантера. Его рука заметно дрожит, и я зажимаю рот ладонью.
– О нет, – бормочет Хантер.
– Ага, – кивает Кейд, натягивая футболку. – Сейчас, блин, рванёт. – Он рычит на брата: – Валим!
Кейд рвётся к двери, проскакивая мимо отца, и тот разворачивается, словно готовый его схватить. Хантер поворачивается ко мне. Я выскакиваю из кровати, застёгивая джинсы.
– Просто уходи! – говорю я ему, подталкивая.
Он качает головой.
– Я не оставлю тебя разбираться с этим...
Я целую его, чувствуя его стон, и быстро отстраняюсь.
– Уходи! – рявкаю я. – Пожалуйста!
Отец надвигается, Хантер смотрит на меня, разрываясь, и я толкаю его.
– Пожалуйста! – кричу я. – Я справлюсь.
В дверях появляется мама с братом, один взгляд на моё испуганное лицо и Хантера, и она уводит брата.
– Хантер! – орёт Кейд снизу.
– Это не то, что ты думаешь, – говорю я отцу, потом смотрю на маму. – Мам, ничего не было!
– Хантер! – снова ревёт Кейд.
Отец бросается вперёд, а я толкаю Хантера.
– Уходи!
– Дилан, нет, – возражает он.
– Твоё присутствие здесь не поможет, – умоляю я.
Он скалит зубы в разочаровании и вылетает из комнаты, уводя брата.
– Они тебя принуждали? – спрашивает отец. – Напоили?
Я смотрю на него как на сумасшедшего. Что?
– Пап, ты же практически помогал их воспитывать! Как ты можешь такое спрашивать?