В любом случае Кейд протягивает руку Фэрроу – мы все трезвы.
– Без обид, – говорит Кейд.
Фэрроу криво усмехается и пожимает ему руку.
– О, обид полно, но... не сегодня. Добро пожаловать.
Кейд доволен, замечает Арлет справа и идёт к ней, а Констин направляется на танцпол.
– Так что в понедельник? – спрашивает Фэрроу, когда мы остаёмся одни.
Я подхожу ближе.
– Думаю, мне нужно домой. – Я смотрю в толпу вместе с ним. – Я пропускаю, как растёт моя маленькая сестра. И мне нужен мой брат.
Теперь, когда я знаю, что он хочет, чтобы я был рядом, и всегда этого хотел, мне нужно наверстать упущенное.
Я пытаюсь сдержать ухмылку.
– Конечно, буду скучать по соседству с тобой... и по...
Я смотрю на него, он усмехается.
– Только попробуй назвать меня дядей.
Мы смеёмся, правда наконец–то вышла наружу. Он сын Киарана. Думаю, мой дед не знал до тех пор, пока Фэрроу не повзрослел, иначе он бы вырастил его, и Фэрроу был бы в нашей жизни с самого начала.
– Когда ты понял, что я знаю? – спрашиваю я его.
– Каждый раз, когда ты слишком пристально смотрел на ту фотографию.
– Сходство поразительное, – признаю я, вспоминая фото в парикмахерской. – Думаешь, если мы просто пригласим тебя на ужин, мама догадается?
Он улыбается, выглядя развлечённым, но потом его лицо становится серьёзным.
– Не говори ей.
Я смотрю на него.
Кто–то должен ей сказать.
– Это не моё дело, – указываю я. – Твоё и Киарана, но ей нужно знать.
Моя мама выросла практически одна. Она была бы счастлива узнать, что у неё есть брат. Я не могу вечно скрывать от неё такое.
Но Фэрроу качает головой.
– Моё существование не сделает её жизнь лучше.
Я смотрю на него, как его выражение меняется с серьёзного на мрачное, и понимаю – он не хочет усложнять ей жизнь. Думает, что станет обузой, и это небезосновательное беспокойство, учитывая, как он зарабатывает деньги. Учитывая, что он идёт по стопам отца.
Но мама должна решать это сама. Она умеет говорить «нет» тому, чего не хочет.
В этот момент Фэрроу дергает подбородком, и я слежу за его взглядом: в двери спортзала входит Дилан.
Всё моё тело вибрирует под кожей, и то, о чём мы говорили, мгновенно забывается.
Она входит: Корал, Мэйс и Коди следуют за ней. Они уходят танцевать, но она остаётся у входа, разглаживая неровности в волосах, остатки локонов всё ещё видны.
Широко раскрыв глаза, она оглядывается, теребя маленькую сумочку на запястье, и, когда видит меня, улыбается.
У меня ноет в груди.
Платье почти не оставляет простора для воображения, обрисовывая изгибы её груди в облегающей ткани, глубокое и широкое декольте. Я вижу, что спина у неё почти открыта, а ноги длинные и стройные, и я улыбаюсь, замечая кеды у неё на ногах.
Она переводит взгляд влево, и я смотрю, за кем она наблюдает.
Кейд стоит с Арлет, склоняясь к ней с ухмылкой.
Дилан не двигается ко мне.
Она идёт к нему.
Я дышу спокойно и медленно – так медленно – наблюдая, как она подходит и сжимает его плечо. Он оборачивается, выглядит удивлённым, и я вижу, как она наклоняется, чтобы что–то шепнуть ему на ухо.
Я сжимаю челюсть.
Он улыбается и берёт её за руку, ведя на танцпол.
– Я сейчас её через колено перегну, – цедит Фэрроу сквозь зубы.
Я смотрю, как они танцуют: мой брат держит её, она обнимает его и снова шепчет ему на ухо, на этот раз дольше, и широкая улыбка расплывается по его лицу.
Я делаю шаг, собираясь подойти, но тут они двигаются, она берёт его за руку и ведёт к другой двери.
Что, чёрт возьми, только что произошло?
Они исчезают, двери закрываются, Фэрроу ставит стакан.
– Ладно, сегодня вечером мы его отмудохаем.
Я кладу руку ему на грудь, останавливая.
– Жди здесь.
Оставляя его на месте, я срываюсь, бросаясь за Дилан и братом. Меня тошнит от этого дерьма. Утром она сидела у меня на члене, а теперь игнорирует. Я толкаю двери, смотрю в обе стороны и вижу, как слева закрывается дверь на лестницу.
Я бегу к ней, распахиваю и смотрю вниз, слыша, как хлопают другие двери. Ну, они не уходят. Какого чёрта они там делают внизу?
Я скрежещу зубами, чувствуя, что хочу что–то ими разорвать.
Я спускаюсь, открываю двери на нижний этаж и направляюсь к автомастерской слева.
Но тут из мастерской в коридор выходит Кейд и, улыбаясь, идёт ко мне.
– Что происходит? – спрашиваю я.
Он не отвечает. Просто залезает рукой в мой нагрудный карман, что–то ища.
– Ты чего? – выпаливаю я.
Он вытаскивает мои ключи.
– Одолжу твою машину на час, – говорит он. – Ты в ближайшее время никуда не уедешь.
Его глаза вспыхивают в сторону комнаты, из которой он только что вышел – без Дилан – на лице озорная ухмылка.