– Кто там? – вскрикиваю я. – Что происходит?
Мой телефон сходит с ума, издавая один сигнал за другим, и я достаю его, пролистывая уведомления.
Нажимаю на фото, где я бегу по школе всего несколько минут назад, и хотя оно размытое, на нем я точно узнаю себя. Подпись: «В&П».
Взлом и проникновение. Опубликовано с аккаунта, который я не узнаю. Местоположение: Старшая школа Шелбурн–Фоллз.
Выдыхаю весь воздух, на мгновение закрывая глаза.
– Черт.
Разворачиваюсь, мчусь к другому концу раздевалки, вылетаю через дверь в спортзал и бегу через баскетбольную площадку.
Пролетаю через дверь в школьный коридор, мимо витрин со всем этим дерьмом выпускников, воспоминаниями и винтажными шкафчиками.
Но я замечаю синюю линию, нарисованную баллончиком на стеклянной витрине. Замедляюсь, позволяя взгляду скользить дальше, видя, что она продолжается через двери офисов и по стенам.
У меня в животе все сжимается. Телефон продолжает вибрировать и пищать.
– О нет. – Я останавливаюсь, разглядывая синие завитки и крестики, распыленные поверх фотографий всех игроков на доске объявлений. – Нет, нет, нет…
Они последовали за мной.
Они не пошли к дому Хантера.
Смех слышится из одного из боковых коридоров, а в периферийном зрении мелькают красные и синие огни. Я резко разворачиваюсь, вижу две полицейские машины, мчащиеся через парковку, и слышу, как далеко слева от меня хлопает дверь.
– Черт, – беззвучно произношу я, закрывая глаза.
Я бегу, слышу, как заводятся двигатели – один из них точно принадлежит машине Хантера – и срываются с места. Я врываюсь в здание через заднюю дверь и вижу полицейские машины, едущие вдоль футбольного поля.
Прямо на меня.
Желчь подкатывает к горлу. Меня посадят под домашний арест до конца жизни.
Черт. Я бросаюсь к своему байку, залезаю на него и ускоряюсь. Их сирены взвывают в воздухе, когда они видят, что я сбегаю. Я не знаю, что, черт возьми, делаю, но не готова сдаваться.
Вырываюсь с парковки, замечая камеру наблюдения на фонарном столбе выше.
И я только что дала ей чертовски хороший, полный обзор моего лица. Отлично.
Я резко сворачиваю налево и мчусь обратно на Хай–стрит. Но потом резко поворачиваю направо, а затем еще раз налево и влетаю в переулок за «Глазурью».
Прячу байк между двумя мусорными контейнерами, достаю ключи и вхожу через черный вход в магазин Куинн. Прячусь внутри, в безопасности темноты.
Для моих родителей это будет слишком. Они заставят меня вернуться домой.
Провожу пальцами по волосам, крепко сжимаю их, прежде чем отвести ногу назад, чтобы пнуть один из ее металлических кухонных шкафов. Но останавливаюсь в последний момент. Не хочу делать вмятину. Я и так натворила достаточно сегодня.
Выходя в торговый зал, я достаю телефон и листаю фотографии, сообщения, комментарии…
«С тобой покончено!!!!»
«Достанем ее, когда вернется.»
«Верна тому, кто уделяет ей внимание…»
Из меня вырывается смех, который отчасти похож на рыдание.
– Серьезно?
Неужели люди так думают? Что я переметнулась на другую сторону и на самом деле разгромила свою же школу? Что я так отчаянно хочу кому–то принадлежать?
Глаза наполняются слезами, но я не позволяю им пролиться. Я еще не сдалась. Сжимаю телефон в кулаке, расхаживая взад–вперед, но затем Фэрроу врывается через двери из кухни, за ним следует его свита.
Я швыряю в него телефон и бросаюсь в драку, срываясь и нанося жалкие удары. Он толкает меня на один из круглых столиков для посетителей, оттаскивая мои руки и ноги от себя. Я скатываюсь со стола, встаю на ноги и бросаю злобные взгляды на всех, включая Хантера, который прислонился к стене за стойкой. Он скрестил руки на груди и весело смотрит на меня.
– Теперь и школы громите? – рычу я.
– А что, по–твоему, они собирались сделать с моим домом, когда ты попыталась заманить всех туда вместо этого?
Я не пыталась заманить всех туда. Я пыталась заманить его. Привести Бунтарей было его идеей.
Его взгляд становится острее.
– Кейд ждал нас?
– Уверена, нас ждало много чего, – огрызаюсь я.
Конечно. Я предупредила Кейда, что они едут, чего бы не сделала, если бы приехал один Хантер. Это вина Хантера.
И моя – в том, что я его недооценила.
– Как мне помешать копам арестовать меня? – спрашиваю я.
– Неделя соперничества, – снова говорит он. – Они этого ожидают.
Одна из моих бровей взлетает вверх. Его самого арестовали вместе с Кейдом, Хоуком и мной больше года назад, когда мы наполовину закопали чью–то машину на футбольном поле Уэстона. Это было повреждение имущества. Как и сейчас. Наши родители вытащили нас тогда. Возможно, снова такое не пройдет.