Я затягиваю ремешок, стискивая челюсть.
– Тогда тебе не придется терпеть неудачу, – продолжает она, ее глаза впиваются в меня. – Тебе не придется бороться с тем, что ты не получаешь того, чего хочешь, и у тебя наконец появляется причина для гнева, который ты чувствуешь. Легче поверить во лживое предположение, что все произошло именно так, как ты и предполагал.
Я не пытался свести Дилан и Кейда. Это не было саморазрушением.
– Это была просто шутка, – повторяю я, а затем дразню, – может, надену их на тебя и Хоука в следующий раз.
– Тебе придется постараться получше. – Она смеется. – Я умею открывать замки с девяти лет.
Интересно. Уверен, там есть история, но придется повременить с этим.
Я собираюсь уехать, но затем останавливаюсь, и меня осеняет.
– Значит, это ты освободила Дилан из наручников?
Значит, она не была в ловушке всю ночь?
– Я была немного отвлечена, но да… – Аро кивает. – Она была свободна в течение часа.
Верно.
– И все равно она ночевала с Кейдом той ночью, – указываю я. – Видишь, это не было саморазрушением. Все было как должно быть. Она всегда оказывалась именно там, где хотела.
Поддаю газу.
– Дилан спала в твоей комнате той ночью, – говорит мне Аро.
Я останавливаюсь. Поворачиваю голову.
– Что?
Аро убирает руки с забора, отступая.
– Она всегда спит в твоей кровати, когда вечеринка или семейное мероприятие затягиваются. По крайней мере, все то время, что я ее знаю, – добавляет она. – Она думает, что ты можешь прокрасться за чем–нибудь, и она сможет тебя увидеть.
Она уходит, следуя за своим классом обратно в здание, а я продолжаю сидеть. Байк урчит подо мной.
Он солгал мне.
Ну, не совсем. Он сказал спросить ее, спала ли она в своей собственной кровати той ночью, и в этом он был прав. Ее там не было.
Он все еще играет со мной, и все так же в этом хорош.
Но что важнее… Я поднимаю взгляд и вижу, как Дилан незаметно вкладывает несколько сложенных купюр в карман худи Коди, стоя прямо рядом с ней, а та ничего не замечает. Она спала в моей комнате. Не в его.
Глава 13. Дилан
Я вхожу в скользящий поворот на Петле, беру последний левый перед тем, как пронестись через финишную черту. Сжимаю руль, переключаюсь обратно на четвертую, затем пятую, и чувствую, как машина дрожит подо мной, когда задняя часть уходит в занос на следующем повороте.
Я не гоняла на машине по Петле уже больше года. Кажется, это был последний раз, когда отец помогал мне с чем–либо. Он был бы рад, если бы я гоняла на машинах. Это немного безопаснее, особенно когда мое имя традиционно мужское, и никто не видит меня внутри. Многие предполагают, что я парень, пока не вылезу и не сниму шлем. Может, так я привлекала бы меньше внимания и меньше агрессии на трассе, скрываясь таким образом. И, эй, я все еще могу кататься на мотоциклах в качестве – делаю воздушные кавычки – хобби.
А еще есть Хантер и вся эта ерунда, с которой он снова носится.
Сегодня вечером я выключу звук. Выключу все – голоса всех остальных – и буду наслаждаться своим днем рождения.
Трасса все еще пуста – Пираты только что вышли из школы – и я проношусь вокруг последнего поворота, машу ребятам в вышке, которые работают здесь каждый день, готовясь к вечерним заездам. Мне стоит убраться отсюда, прежде чем кто–то появится.
Оставляю «Мустанг» – один из многих, что есть у отца – на задней парковке его мастерской и забираюсь на байк, который дал мне Фэрроу. Он не новый, но новый для меня, и я поняла, что, если и этот утоплю в реке, он отправит меня туда же.
Мчась обратно домой, я замечаю машину отца у обочины и резко сворачиваю направо, к навесу для машин Моники Свенсон, через два дома. Она медсестра в больнице, где работает мама. Надеюсь, она задержится там еще ненадолго.
Вылезаю и бегу к своему дому, высматривая родителей. Мне просто нужно на минуту зайти в свою комнату.
Запрыгиваю на дерево между моим домом и домом Хоука, взбираюсь по нему до своей спальни. Перегибаюсь через перила высотой по бедро, открываю французские двери и прыгаю в комнату.
Хочу взять ноутбук. Может, косметику. Прокручиваю список в голове, пока собираю вещи.
Мешкаясь у ящика с бельем, я вытаскиваю еще один симпатичный комплект. На всякий случай. Не знаю, окажусь ли я снова в ситуации, когда кто–то наблюдает, как я раздеваюсь в душе, но быть готовой к этому – не преступление.
Бросаю вещи на кровать, хватаю рюкзак и запихиваю все внутрь, прихватив еще и спрей для тела и пару сережек, которые купила мне Джульетта.
Я останавливаюсь, кое–что вспомнив. Бритва. Мне нужны сменные кассеты. Хотя бы одна. Крадусь к двери и заглядываю в коридор, замечая, как мой младший брат поднимается по лестнице. В одной руке у него газировка Polar, в другой – пачка Fritos. Он сует в нее лицо, захватывая чипсы ртом.