Глава
17.
Дилан
По крайней мере, Хантер не взял с собой подмогу в Фоллз. Когда он сказал, что ему нужно кое–что сделать, я испугалась, что он хочет увидеться с Кейдом. Надеюсь, что так и есть. Я просто рада, что он, кажется, пошёл туда, куда собирался, один, поскольку Бунтари бы только подстрекали к драке.
Хантер пошёл своей дорогой, а мы, все остальные, по пути домой заехали в «Брейкерс» за чизбургерами. Сейчас они там напиваются прямо на улице, но мне нужен душ.
На всякий случай, если ночь ещё не окончена. Я улыбаюсь про себя, мой мозг лихорадочно перебирает возможные сценарии.
Я закрываю входную дверь и слышу звонок телефона наверху.
Но мой телефон при мне. Я вытаскиваю его из джинсов. Почему я слышу звонок...?
А, точно, я же забыла про «левый» телефон, который дал мне Хоук. Я лечу по лестнице, врываюсь в спальню, рывком открываю тумбочку и сдергиваю второй телефон с зарядки.
Провожу пальцем по экрану.
– Привет.
– Привет, – отвечает Хоук. – Получил твоё сообщение. Извини, был завален учёбой.
– Зачем ты звонишь на этот номер?
– Потому что твой обычный уходил на голосовую. Он сел?
Правда? Я нажимаю кнопку питания и вижу, что он действительно разрядился. Ставлю его на зарядку.
– Ну так что там? – спрашиваю я, вспомнив, что отправила ему вчера краткий пересказ истории от Бастьена.
– Я проверил имена. – На фоне слышится шелест и гул голосов. Он, наверное, в общежитии. – Конор Доран был признан мёртвым двадцать два года назад. Предположительно, похоронен на кладбище на Эспланаде. Проверь это, ладно?
– И что ты хочешь, чтобы я сделала? – Я подхожу к окну, глядя на тёмную спальню Хантера. – Откопала его?
– Просто подтверди, что могила существует, и сфотографируй её для меня.
– В этой могиле может быть кто угодно, – парирую я.
– Ты смотришь слишком много сериалов.
Ну и ладно. Закон Мёрфи он знает не хуже меня. Всё, что может случиться, обязательно случится, а надгробие Конора Дорана ничего не доказывает.
– Я проверяю Уинслет, – говорит он, – пытаюсь выяснить, отслеживали ли её где–то после того года.
– А...
– И я ищу Дикона, – заверяет он меня. – Дикона Дорана. Пока ничего. Ни соцсетей, ни кредитной истории, ни документов о переводе в колледжи... Только свидетельство о рождении.
– А свидетельства о смерти нет?
Он замирает, но лишь на мгновение.
– Нет.
Значит, он скрывается. Вероятно, потому что убил девушку двадцать лет назад и пытается не попасться.
Но это слишком просто. Если бы всё было так очевидно, откуда бы взялась вся эта тайна? Почему существуют разные версии? Почему такая путаница в том, что именно произошло?
Нам нужно начать собирать воедино все, чем она здесь занималась. Она ходила на занятия, знакомилась с новыми людьми, наверное, пережила несколько розыгрышей, как и я...
И тут я замираю на месте, думая.
Как и я...
– Если опыт Уинслет хоть как–то похож на мой, значит, не только Бунтари были её целью, – указываю я.
– То есть?
Я начинаю ходить по комнате.
– Есть ли вообще доказательства, что это были Бунтари?
– Кроме тех жутких переписок, которые мы нашли?
Я закатываю глаза, но на себя. Это правда. Судя по тем телефонам, которые Хоук нашёл в Карнавальной башне, у братьев Доран был зловещий план.
Но всё равно это не доказывает, что они действительно что–то совершили.
– Пиратам не нравится, что я здесь, – указываю я. – Что, если это были они? Что, если Шелбурн–Фоллз убил её?
Он молчит, и я почти представляю, как он закатывает глаза к потолку, слышу его тихий вздох, потому что я только что сделала его расследование этой легенды намного сложнее.
– Сообщу, если что–то найду, – наконец говорит он.
– Люблю тебя, – говорю я, и в моём тоне слышится извинение.
– Пока.
Мы кладём трубки, и я смотрю на время. Чуть позже десяти.
Я снова бросаю взгляд на окно спальни Хантера – света там всё ещё нет.
Я не собираюсь прокрадываться к нему в комнату за своим вибратором. Я лучше использую его вместе с ним.
Но я пока ещё не устала.
Собрав волосы в хвост, я снимаю свитер, натягиваю чёрную футболку и, выходя из дома, хватаю куртку.
Выхожу на крыльцо и вижу, как Констин и Лука подъезжают к дому Хантера и достают из багажника спортивную сумку. Они относят её к Фэрроу, который стоит прямо у входной двери. Он заглядывает внутрь, кивает и забирает сумку. Они смотрят на меня, а я отвожу взгляд, внезапно почувствовав, будто увидела то, чего не должна была.
Фэрроу работает на Грин–стрит. Я всё время забываю об этом.