Рад, что не встретил его прошлой ночью. Я задержался, испытывая удачу, но его всё ещё не было, когда я прощался с родителями. Я счастлив, что ночь закончилась на хорошей ноте. Мои мама и папа заслужили это.
Натянув худи, я выхожу из дома, запираю дверь и бегу к машине. Фэрроу, наверное, уже в «Рэбел Рэвэл» («Rebel Revel»), на спонтанной вечеринке, которую они устраивают каждый раз при угрозе наводнения. Конечно, мы не останемся сегодня дома, как должны были бы. Опасность для некоторых слишком уж волнующа. Особенно для Дилан.
Я объезжаю улицы, проезжаю мимо «Брейкерс», поднимаюсь к Глотке Филана, затем к библиотеке, но нигде не нахожу ни Дилан, ни новый мотоцикл, который Фэрроу ей дал. Может, она уже в школе.
Листья срываются с деревьев и кружатся в воздухе, пока я еду по пустынной главной улице, мимо заброшенных фабрик, складов и сломанных вывесок давно забытых предприятий. Красный свет светофора мигает и покачивается на тросе надо мной, когда я проезжаю под ним и направляюсь обратно к Нок–Хилл.
Звонит телефон, я выхватываю его из кармана худи, надеясь, что это Дилан.
Но смотрю на экран и вижу вместо этого Джареда. Грудь слегка сжимается. Мой дядя никогда не звонит с хорошими новостями.
Но я всё равно беру трубку.
– Привет.
– Дилан не отвечает на телефон, – сразу же говорит он. – Давно ли ты ее видел?
Я уже готов сказать «да», но это неправда. Я не видел её с прошлой ночи.
– Только сообщение сегодня днём, что она делает домашку в библиотеке, – говорю я ему.
– В библиотеке? – переспрашивает он. – Дилан?
Правильно же?
– Всё в порядке? – спрашиваю я.
То, что он с ней не разговаривал, не кажется странным. Я знаю, что они в ссоре. Но я думал, её мама с ней общалась.
Но он просто отвечает:
– Всё хорошо. Мне просто нужно... поговорить с ней. Попроси её перезвонить мне?
– Конечно.
– Если через час я от неё ничего не услышу, я приеду.
Если он приедет, то увидит, что за ней вообще нет присмотра взрослых.
Я резко поворачиваю направо, сразу направляясь к школе.
– Хорошо.
Я жду, когда он положит трубку, но он не кладёт.
– Как... Как она? – запинается он.
Я знаю, как ему трудно это спрашивать. Показывать свою уязвимость.
Джаред не похож на моего отца, который не стесняется своих чувств. Джаред обнимал меня, но не так, как это делают в моем доме. Мой отец никогда не отстраняется первым.
– С ней всё хорошо, – говорю я ему.
По крайней мере, вчера вечером было.
– Скажи ей, чтобы перезвонила мне.
– Хорошо, – отвечаю я. – Пока.
– Пока.
Молния прорезает небо, за ней следуют раскаты грома, и по коже пробегает электрический разряд. Может, из–за погоды. Может, из–за предвкушения того, что принесёт ночь. Мне всё равно, что случится, я просто хочу побыть с ней наедине хоть немного. Через неделю она соберёт свои немногие вещи и уедет обратно в Фоллз.
Проносясь через школьную парковку, я вижу, что здесь уже собралась целая толпа машин и мотоциклов.
Я притормаживаю, паркуюсь, выпрыгиваю и бегу к зданию. Камеры наблюдения торчат на углу кирпичной стены, есть ещё на фонарных столбах, половина из которых с перегоревшими лампами. Но ни одна камера не работает. Именно поэтому Бунтарям часто удаётся проникать сюда незамеченными. Учителя понимают, что здесь кто–то был, только когда находят банки из–под пива по всей раздевалке.
Направляясь к спортзалу, я стряхиваю с волос листья и прочий мусор, налетевший на меня во время поездки, музыка грохочет по всему коридору. Я распахиваю двери, стробоскопы мечутся вверх–вниз, высвечивая участки и снова погружая их во тьму. Других источников света нет, люди танцуют, и я вижу парочку, которая страстно целуется у стены справа от меня. Я различаю, как его рука залезла ей под юбку, в трусики, и он ласкает её.
Я вдыхаю, сердце бьётся чаще. Осматриваю толпу. Где Дилан?
Арлет выставляет вперёд длинную обнажённую ногу, принимает позу, собирая волосы в хвост, эффектно демонстрируя себя в своём бальном платье без бретелек и на каблуках. Мэйс сидит на трибуне, её рука перекинута через плечо Корал, которая сидит на ряд ниже, между её ног, и они передают друг другу бутылку с водой.
Я нахожу Фэрроу, сидящего на стуле в дальнем углу, он залпом пьёт колу, а затем протягивает банку в сторону, позволяя Кэлвину подлить туда виски.
Большая группа танцует посреди зала, тучи скрывают лунный свет, который мог бы пробиться сквозь стеклянный купол над головой.
Я подхожу к Фэрроу.
– Хей.
– Как дела? – говорит он, потряхивая в мою сторону банкой. – Хочешь?
– Потом. – Я осматриваю спортзал. – Ты не видел...? – Но тут я замолкаю, наблюдая, как Дилан проходит через двери, в которые я только что вошёл.