Маркус уже хотел коснуться их, как вдруг из дверного проема послышался голос:
— Ты и правда жив, невероятно. Неужели я ошиблась?
Знакомая гостья, посетившая его днём ранее, стояла теперь оперевшись на стену рядом с открытой дверью, и внимательно наблюдала за Маркусом. Аура исходящая от тени картины тут-же исчезла.
«Надо-же, а девчонка то совсем не меняется. Мне казалось, такие каждый день что-нибудь в себе перелопачивают».
— Нет, ты не ошиблась, — спокойно ответил инквизитор, поднимаясь с корточек и подходя к ней на расстояние вытянутой руки, — могу я узнать твоё имя? Раз уж ты решила следовать за мной до конца жизни.
— Не помню, чтобы клялась перед священником. И вот это видишь? — Слабо улыбаясь, она показала оба пустых безымянных пальца.
— Жалкая формальность, только и всего. Ты вон, даже во дворец за мной пробралась! Не стыдно?
— Хорошо, что ты жив. Роза многое о тебе рассказывала, — внезапно ответила девушка, и вероломно щелкнула Маркуса по носу.
— Вы знакомы? — Он проигнорировал её жест, но заинтересовался Розой.
— Очень даже. Мы подружки, — девушка улыбнулась, дразнясь чуть высунула язык.
«Вот ведь лиса».
— Ты ей больше в старшие сёстры годишься, или матери. Какие подружки? У вас это так работает?
— Ага, а ты в отцы. Не то что этот… — Девушка кивнула в сторону коридора.
— Не стоит, у Эндрю сложная судьба. Так имя…
— Очень простое и не выдающееся: Аделаида. Для своих Адель — пролепетала девушка по слогам, облегченно вздыхая.
— Красивое имя, не часто встретишь. А фамилия?
— Секрет, — она высунула язык.
— Что ж, рад знакомству, Адель. Так ты знаешь, где наша маленькая непоседа?
— Без понятия. Я отлучилась на месяц, а когда вернулась, ее уже не было, — печально ответила девушка, и посмотрела на мольберт. — Но, может у тебя есть догадки? Ты ведь у нас мистер большой детектив.
— Скорее палач. А Роза… я не уверен. Дай подумать.
Маркус внимательно осмотрел комнату, и его внимание привлёк стоящий у окна натюрморт: между досок в небольшой щели виднелся кусочек бумаги.
«Записка», — убедился Маркус, доставая бумагу.
— Прочтешь?
— Ага.
Маркус начал вслух: «Дорогой Люций, если ты своими шаловливыми ручонками попытаешься выкрасть бумаги и уплыть за мной, то при встрече ручонки я у тебя заберу. Тем более, что судя по нашей последней прогулке, они тебе не слишком то и нужны! Отвечая на твой вопрос: нет, я не обижена. И нет, я не сбежала из-за тебя. Это маленькое приключение мне просто необходимо! Как дочь Великой Королевы, я должна хорошо понимать свой народ, и обязана побывать в тех местах, где ему живется тяжелее всего. Остров Ран сейчас переживает кризис, а наши придурки из стражи не могут поймать даже одного убийцу в городе! Разве я могу на них рассчитывать? Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сама. Так что даже не думай включать своего гордеца, и плыть за мной. Я серьезно. Вернусь через неделю, и мы всё обсудим. Роза.»
— Какой ещё Люций? — хором спросили оба. Очевидно, что принцесса писала своему ухажеру или другу, о котором никто не знал. И это при том, что за королевской семьей пристально следили десять домов, распуская множество слухов в особенности о принцессе. Маркус был бы первым, кому по прибытию доложили о подобном, но не возникло даже подозрения.
— Значит она и правда на острове Ран. Что-же, я плыву туда завтра утром, в любом случае, — задумчиво произнес Маркус.
— Быть не может. — Адель побледнела. поджала губы.
— Ты что-то знаешь? — он прищурился. — Там нашли проход на минус-первый. Роза, как самая обеспокоенная исследовательница на свете, непременно сунет туда моську.
— Я всё равно не понимаю… разве стоит так рисковать? Она конечно хочет быть похожа на королеву, но… будет плохо, если она закончит так-же. Сколько раз я ей уже повторяла…
— Дело не только в этом, — Маркус отвернулся к окну, и выдержав паузу добавил: — больше всего на свете Роза хотела за пределы нулевого слоя. Был приказ завалить найденный спуск, но шахтеры молчат. Велик шанс, что у них ничего не вышло, и сейчас там зияет дыра в преисподнюю, куда наша принцесса из любопытства сунет нос.
— А как же её мечта стать королевой? Или… я понимаю. Может это и не ее желание. — Адель помрачнела.
— Кто знает. У людей их бывает много. Я Розу помню ещё совсем малявкой, когда из желаний у нее было… ну ты понимаешь.