— Такой немногословный мужчина может рассуждать на такие темы?
— Кто? Я то немногословный? Ты не видела меня пьяным. Я так то раньше и книги писал.
— Любопытно. — Жанна с ностальгией посмотрела на горящий в небе шар. — Вполне возможно, что небо есть вообще во всех мирах, просто в разном виде.
— И всё так просто?
— Смотря, что для тебя просто. Об этом написан не один талмуд, особенно в библиотеке моего ордена.
— Интересно, значит ученые и об этом подумали? А мне казалось, они только штаны просиживают в башнях. — Маркус ухмыльнулся, зажимая сигарету в зубах.
— Им больше нечем заниматься. Философы, сам понимаешь, — Адель закатила глаза, развела руками, — а на твой взгляд, какое небо лучше? Земное или наше?
— Конечно наше. Сны быстро забываются, а это… это реальность. — Маркус закурил.
— Ну и что, что забываются? Многие короли помешаны на иных мирах, и далеко не один маг пытался уже найти к ним путь.
— И как, нашли?
— Не особо.
— То-то и оно. Родное небо империи всяко лучше, чем какие-то там сны. Во снах иногда такое увидишь, что потом спать не хочется. Имперское небо лучшее. Точка.
— Имперец и консерватор, так и запишем. У тебя случайно в карманах не завалялось эльфийский ушей? — Адель ткнула Маркуса локтем в бок. тот молча сунул руку в карман, и протянул ей одно эльфийское ухо. Оно на удивление хорошо сохранилось.
— Ты… ты сделал что?! — Девушка с недоумением посмотрела на ухо, не веря глазам: на этой непримечательной части тела находилось по меньшей мере одиннадцать заклятий зачарования самых разных школ. Не было ни малейшего шанса, что вся эта хаотичная каша из магических нитей может иметь смысл.
— Это обычное ухо одного очень необычного эльфа. Я иногда практикуюсь на нём. Расширяю лимиты. Хочешь забрать себе?
— Нет уж, оставь, — Адель помахала рукой, пытаясь избавиться от зловония, скрестив брови. Маркус вдруг посмотрел на неё очень пристально, и сказал:
— Не стоило тебе вмешиваться в это всё. В мире есть много интересных мест, которые не требуют такого риска.
— Жить вообще не безопасно, так что теперь?
— Верно, но конкретно это… кому-то вроде тебя не к лицу копаться в мусоре, и речь даже не о том, что ты женщина. Это то ладно…, но моя работа, она просто не подходит для людей.
— А ты что же, не человек?
Маркус не ответил.
— Да и разве на освоенных землях не скучно? Историку вроде меня там искать нечего, только если на раскопках, но конкуренция из всяких трусишек там будь здоров. — Она хлопнула Маркуса по плечу. — Не раскисай, я бывала во всяких местах, куда ты сам бы лезть не решился.
— Это вряд ли, но будь по твоему.
— Мистер зануда. Слушай, может сходим куда-нибудь? — вдруг спросила девушка.
— Это ещё зачем?
— Ну раз мы в городе последний день… тебе разве не хочется?
— Я не занимаюсь ничем кроме работы. На этот вечер были планы…
— …Пошли, — Агнес потянула его за руку, Маркус вздохнул, но не стал сопротивляться.
2
На центральной площади золотого района, которую чаще называли «Торговым двором», в лучах заката развернулось целое представление в честь праздника конца лета. Дамы с накрученными прическами в пестрых платьях двигались вдоль домов, увешанных множеством разноцветных флажков и горящих камней. Толпа сбилась в несколько кучек, и между ними по круглым мостовым то и дело проносились кареты, удаляясь вверх по склону к гигантским дворцам и знатным домам на скале, что уже почти скрылись за ликом рыжих туч.
— Этот город, настоящее испытание для моих коленей, — проворчала Адель, глядя, как воздушный шар пролетает двумя районами выше у небесного, и как вереница людей выстраивается в очередь на кареты, дабы провести сегодняшний праздник дома в кругу семьи.
— Мне как-то приснился кошмар, где я шел в гору два часа, а потом оказалось, что всё зря, — усмехнулся Маркус. Он стоял, облокотившись на подпорку у входа в таверну, и сложив руки на груди, будто вышибала. Правда его цветастый костюм выдавал его скорее за тамаду, и люди нередко отмечали это, проходя мимо, и косясь на инквизитора любопытными взглядами.
— Слушай, где ты достал это? Инквизиторы ведь такое не носят. — Адель подошла ближе, и чуть потянула Маркуса за край плаща, изучая узор. Только теперь она заметила, что на плаще изображены люди, закованные в горящий тёрн. Узор и сам материал на удивление мягкие, особенно если не думать о содержании картины.
— Подарили когда-то давно. Уж и сам не помню, кто это был.
— Почему не помнишь?
Маркус пожал плечами.
— Ясно. А шляпа? Шляпа тебе зачем? Я слышала, ты любишь дразнить всяких…
— Да, для этого. Без шляпы не сработает. В законах этики, если хочешь бесить людей, нужно искать лазейки и играть по их правилам. Тогда это работает ещё лучше.