— Как ты смеешь⁈ — зашипел толстяк. Говорить во весь голос он не мог потому, что Мерикара давил ему коленом между лопаток.
— Думаешь, я не отличу тебя от брата? На что ты рассчитывал?
Похоже, за время их непринуждённой беседы подозреваемый много раз делал ошибки и выдал себя.
Вне нашей комнаты раздались звуки боя. Крики в основном, да и те призывают сдаться. В этом времени выстрелы бесшумные, и для звона мечей и доспехов время ещё не пришло. Глухие удары палиц и топоров о щиты вряд ли пробьются сквозь стены, хоть египетские щиты чем-то и похожи на барабан по принципу изготовления — толстая кожа натягивается на деревянную раму.
Закончилось всё быстро, пара минут, и шум стих. В зал вбежал человек, повалился на колени:
— Усмирили. Убиенных — трое, прокричал онн в пол.
— Ступай, — махнул Мерикара. — И этого забери, — это он про меня.
Я не был свидетелем дальнейшего, и никто не поставил меня в курс дела касательно того, что рассказал Собекхотеп, и о чём договорились большие дяди.
Вся информация об исходе спасения первого нома от зомби-апокалипсиса ко мне пришла от Анхесенамона.
Я не преувеличиваю. Согласно традиции вуду, зомби происходят вовсе не от какой-то неведомой эпидемии и это вовсе не вирус. Изначальные мифы, созданные до того, как киношники взялись за него, говорят о том, африканские колдуны создают ходячих мертвецов, чтобы заставить их бесплатно работать на плантациях. Более того, пытались исследовать этот феномен с научной точки зрения, и даже есть подозреваемые. Это вовсе не ожившие мертвецы, а поражённые тетродотоксином, впавшие в состояние близкое к коме.
Очень похоже на наш случай, только яд не от тропической рыбки, а магического происхождения. Впрочем, и у исследований Уайда Дэвиса есть серьёзная критика, которая говорит, что в снадобьях гаитянских колдунов концентрация одурманивающих веществ слишком мала. Но в колдовство этноботаник не верил.
Так вот, заслуги Анхесенамона признали и поручили ему, опытному, спасти теперь всю египетскую Нубию.
Он не стал начальником крепости и командование гарнизоном не получил, как я «предсказывал». Я, человек будущего, ещё только откатывающегося к феодализму, не учёл, что должности могут быть наследными. Мерикара узурпировал власть, стал номархом, а гарнизон и крепость отдал под управление своему сыну.
Армия, которую поведёт Анхесенамон — не тренированные воины из крепости, а то ополчение, новобранцы, которых собрал Хнумхотеп для помощи в защите границ.
Из ветеранов — только семь меченных и больше никого ему в помощь не достанутся. Кроме меня… И то временно. Скоро начнётся наводнение Великой Реки, принося жизнь в долину. А за это время нужно подготовить новобранцев, сделать из них готовых к штурму крепостей и помощников для семи воинов личной гвардии Упуаута — именно такой статус получили восемь меченых в крепости Храбрость Двух Земель.
Как ни странно, но Анхесенамон не унывает: ему обещано место Собекхотепа, если он вернётся с победой, а он полон уверенности в ней, вспоминая как легко освободил от беды Асуан.
С особенным восхищением он говорил о будущем, когда вспоминал о будущей соседке. Теперь у Анукет будет не великий жрец, а великая жрица. Анкетсат.
Уж не знаю как там Анхесенамон собирается улаживать, кто первая, а кто вторая жена — он, естественно, не холостой. Иначе ему не добиться карьерного роста. Не иметь жены — это крайне подозрительно, такой мужчина считается неполноценным. Его карьера вряд ли попрёт.
Не могу сказать, что знаю Анкетсат хорошо, но почти уверен, что она, а значит и храм Анукет, будет полностью подконтрольны великим жрецам двух других храмов триады Абу-Сиены.
То есть Асуан и в светском, и в религиозном смысле становится придатком Элефантины, очагов сопротивления в нём больше нет.
Разве что Саптах…
Он выжил. И полностью здоров. Очнулся в состоянии лучшем, чем был до того. Возможно, вместе с демонами сна исчез и демон Сехмет, который принёс ему приглашение в Дуат. Но это я фантазирую, сам с ним не виделся, мне лишь рассказали в общем порядке, не акцентируя внимания на моём учителе.
— У нас мало времени, — Анхесенамон, рассказав мне последние новости потребовал начинать.
— Что начинать?
— Подготовку к нашему походу.
— Я тоже? — в Нубию мне больше не хотелось.
— Вроде нет. Мерикара считает тебя слишком ценным, чтобы отправлять в такое длительное путешествие.
— А корабли поджигать…
— Не путай испытание и работу, — Анхесенамон глянул на меня как на убогого.