В этом и коварство: если отравить колодец какой-то дрянью быстрого действия, то весь форт не пострадает, только те, кто пил первым. Остальные увидят и не станут себе вредить. А тут по чуть-чуть, постепенно…
И, в отличие от чего-то болезнетворного, для пришедших потом — это не опасно. Главное не пить, и не есть то, что приготовлено на воде, наполненной враждебным ка.
Когда приходит кто-то извне, крепость открывает ворота, и не только не оказывает сопротивления, но ещё и помогает грузить трофеи на корабли.
Очень неприятная ситуация.
Особенно неприятно, что все наши «сорок разбойников» ждут ответа от меня, надеются. А у меня его нет. Я же маг-недоучка. Впрочем, здесь все такие. В перанхах магии не учат.
Тяжело вздохнул и с мыслью, что утро вечера мудренее, попытался заснуть, слушая лягушачий концерт.
То ли мне не стоило вдыхать пары этого пойла, то ли я слишком сильно мысленно желал помощи египетских богов, но сон, который я посетил, вышел совсем необычным.
Глава 2
— Что это за ерунда? — спросил Анхесенамон у Афарэха, седого мальчишки, с которым господин Мерикара, да будет он невредим и здрав, приказал ему нянчиться. И не просто не дать сдохнуть, а ещё и потакать капризам!
Правда, позже увидел многое, что заставило его изменить мнение о подопечном. Мальчишка непростой, продемонстрировал такое, пока они готовились к выходу в опасное путешествие, гарантирующее всем сорока храбрым воинам славную охоту на птиц в Полях Тростника! (авт.: Поля Иару — аналог рая в авраамических религиях. Птицы — спутники бога Сета, их хаотический гомон разрушает гармонию маат, и ушедшие в Дуат только и делают, что борются с ними).
Возможно, что если держаться к нему поближе, большинство смельчаков ещё порадуется лучам Великого Ра.
Вот сейчас он отломил две тростинки и очень ловко держит ими колдовской предмет, принесённый разведчиками из крепости, захваченной врагом. Ещё в крепости Анхесамон видел, как его «советник» такими тростинками, держа их в той же манере, вылавливает кусочки овощей из котла.
Показал и командующему эту злую вещь. На куске кости, обломке лопатки, с одной стороны нацарапана сова, а на другой непонятная сценка: один человек, лежит, а второй стоит над ним.
— Сова — это символ ночи и смерти потому, что она живёт в лесу. Чёрная раса, не перенявшая от мудрой красной понимания мира, верит, что загробный мир другой. Это лес. А в нём ночью летают совы.
— Не очень-то похоже на сову, — возразил Анхесенамон, приглядываясь. Он отшатнулся, когда Афарэх подсунул ему колдовскую штучку под нос. — Больше на летучую мышь похоже.
Седой парень пригляделся и согласился:
— Что-то есть. Наши боги и чудовища тоже сочетают в себе черты и нескольких существ. Летучая мышь по их поверьям как наш почитаемый Упуаут, проводник душ в царстве усопших. Правда, только для ведьм и колдунов.
— А на другой стороне? — летучих мышей вблизи Анхесенамон никогда не видел, сказал просто так, выбрал самое странное существо из известных ему, чтобы позлить мальчишку, просто захотелось немного поперечить ему.
А теперь подчинённые взирают на него с уважением, правда есть в этом что-то не ободряющее, а унизительное: авторитет поднялся только после того, как его идею одобрил сопляк! Пусть писец и колдун, но всё же ещё недомерок!
— На другой? Если бы не сегодняшний сон, когда я надышался парами пива, то не узнал бы. А теперь могу рассказать.
Ориша Нла создал землю, деревья, пальмовые масло и вино и начал лепить тела людей из земли. Он хотел подсмотреть, как бог Олорун будет оживлять людей, спрятался среди глиняных тел. Олорун наслал на Оришу Нла сон, и тот очнулся, когда творение было завершено.
— Во сне увидел? — не поверил Анхесенамон.
— Во сне, — мальчишка потёр свою давно не бритую макушку с отросшей щетиной седых волос, намекая на связь с Тотом, мудрым и всезнающим.
— Есть какие-то идеи, как нам угнать корабли? — командиру на самом деле не важны причины. Ему нужно знать, что делать. А раз достойный Мерикара сказал, что надо слушаться молодого колдуна, то почему бы не поверить ему? Военачальнику, конечно.
Анхесенамону нужно решение, чтобы отправить гонцов в «Храбрость Двух Земель» с донесением в гарнизон, чтобы там все успокоились, а то они уже много чего наделали по совету этого мальчишка. Наверное, уже принялись «высевать чеснок» — связывать из тонких острых косточек особые колючки, чтобы раскидать их вокруг крепости, оставив только узкие проходы в определённых местах. Соломенные сандалии такие не остановят, а если их измазать дерьмом, как посоветовало это отродье Сета, то без сомнения, потери будут ужасные.