Бруно застыл с открытым ртом. Он хотел было возразить, что искусство кулинарного обольщения обладает куда большими возможностями, но его друг уже ушел.
От центра Рима до моря всего каких-нибудь двенадцать миль, но городская суета всегда отвлекала римлян от удовольствий, им дарованных. Выловленные в Тибре угри — традиционный римский деликатес. Угрей готовят с мягким репчатым луком, чесноком, чили, помидорами и белым вином. Еще более распространенное блюдо — baccala, сушеная и подсоленная треска, которую жарят тоненькими ломтиками, потом варят в томатном соусе с анчоусами, орехами и изюмом. Чтобы найти лучшую свежую рыбу, нужно пройти по берегу — либо на север, к Чивитавеккья, либо на юг, к Гаэта.
— Не понимаю, — сказал Томмазо на следующий день, когда Бруно все это ему объяснил. — Я что, должен тащиться до самой Чивитавеккья только ради того, чтобы принести домой рыбу?
— Я подумал, что можно доставить не морепродукты к Лауре, а Лауру к морепродуктам, — предложил Бруно.
Томмазо удивленно вскинул брови.
— Не понимаю. Что это нам даст?
— Можно взять у Дженнаро его фургон и отвезти Лауру к морю. Скажем, покататься на серфинге. А потом поставить гриль прямо на берегу.
Томмазо хитро прищурился.
— Но ведь тогда готовить придется мне.
— Да, но всего лишь рыбу на гриле.
— Моя рыба на гриле, — грустно признался Томмазо, — будет хуже, чем твоя рыба на гриле. Тебе придется поехать с нами, — тут лицо его осветилось радостью, — Знаю. Я сделаю вид, будто учу тебя готовить, и получится, что ты готовишь рыбу под моим руководством. — Он восторженно закивал. Ему понравилась мысль взять с собой Бруно в качестве повара. — Ну а потом… допустим, ты пойдешь прогуляться…
— Я не уверен… — начал было Бруно.
— Отлично — сказал Томмазо. — Проведем романтический день на берегу моря втроем. То есть вдвоем… Нет, втроем. Короче, ты понял, о чем я.
Бруно открыл было рот, чтобы возразить. Его не прельщала перспектива целый день изображать из себя идиота, вместо того чтобы посидеть дома и попробовать новые рецепты.
— Ну соглашайся же, — приставал Томмазо. — У тебя есть планы на выходные? Ведь нет же никаких. К тому же у Лауры есть соседка по комнате, тоже американка. Судя по всему, горячая штучка. Я сделаю так, что она тоже поедет. Получится две пары. Только не забывай делать вид, что готовить умею только я. Ну, как тебе такая сделка?
В конце концов Бруно согласился поехать к морю вместе с Томмазо и даже не возражал против второй девушки. Тому было две причины.
Много лет назад, впервые приехав в Рим, он смог найти только работу официанта в ресторане, потому что она не требовала никакой квалификации. Это был сущий кошмар. Бруно отвлекался на еду, которую должен был подавать клиентам, забывал, что за каким столиком заказали, и перепутывал счета. Только благодаря расторопности другого молодого официанта, который видел, что происходит, и прикрывал Бруно, тому удалось не потерять работу в первый же день. Этим официантом был Томмазо. Он взял Бруно под свое крыло, обучал его и накрывал на стол за него, когда Бруно в очередной раз погружался в свои кулинарные фантазии. Томмазо научил его забирать себе чаевые, не деля их с метрдотелем; в конце смены прятать недопитые бутылки со спиртными напитками; выносить из кухни кое-какую еду, чтобы не оставаться голодным в свой выходной день. За это Бруно готовил на двоих. В первый раз попробовав результат его трудов, Томмазо сразу же понял — его друг гений. Именно Томмазо заставил Бруно поступить на кулинарные курсы, чтобы получить необходимый документ. Томмазо делился с ним чаевыми, когда Бруно ходил на занятия. Томмазо пустил его к себе жить и не брал с него денег. К тому времени когда Бруно закончил учебу и получил лучший диплом на курсе, Томмазо по-прежнему работал официантом, с удовольствием заигрывая с симпатичными иностранками. Но Томмазо был столь же предан друзьям, сколь переменчив в отношениях с женщинами. Благодаря своим знакомствам он разузнал, где есть место повара, и устроил туда Бруно. Таким образом, Бруно был многим обязан своему другу и ни в чем не мог ему отказать.
Вторая причина была еще проще. Бруно редко выпадала возможность приготовить действительно отменную рыбу.
На другом конце Рима Умберто Эрфолини, тот самый человек, которого вместе с его гостями выдворили из «Темпли», явился с визитом в роскошный загородный дом. Он вошел в холл и остановился, дожидаясь, когда двое высоких, борцовского вида мужчин пригласят его пройти в кабинет.