— Что, мам?
— Ты помнишь наш разговор?
— Конечно.
Единственное, что помнил Лагунов — ужин: вкусный суп с макаронами-звёздочками.
А ещё Лиля говорила, что подралась с мальчишкой из-за дворового кота.
— Сегодня похороны.
На секунду он вздрогнул и застыл.
Глаза метнулись в сторону фотографии:
На ней Анастасийка стоит перед дверями школы.
Маленькая, с наивными детскими глазами, не подозревающими о том, что произойдет в дальнейшем.
В груди защемило. Глаза налились чернотой, в груди громко ударило сердце. На секунду, он, как на яву, услышал ее голос.
Лишь на мгновение, так как мама тут же добавила:
— Плоткина, Александра.
Сестра же, для которой Саня был таким же важным, как тумбочка, спросила:
— Братик, а ты правда придешь к орлятам двадцать второго числа?
Ежемесячно 22 числа Владимир Ильич родился именно в этот день, а апреле 1970 года. в школе, для октябрят устраивали «ленинские чтения» на которых читали рассказы о Ленине.
— Да.
— И будешь читать?
— Угу...
— У меня самый лучший брат! — девочка повисла на нем.
Валерка усмехнулся и в порыве чувств, неожиданно обнял ее за талию, как пушинку, подняв над землей.
Лиля закричала, засмеялась, даже не подумав, каким таким образом брат поднял ее чуть ли ни одной рукой.
В прихожей Лагунов повернулся к матери, поймав ее за руку. — Слушай, почему он умер?
Ему хотелось услышать официальную версию. Свою, правдивую, рассказывать можно разве что, как страшилку.
Лицо женщины потемнело. Прикусив губу, она помолчала, а затем все же
объявила вслух:
— Никто не знает. Поговаривают, что его убила жена.
***
Отличники и отличницы стояли в праздничной форме с комсомольскими значками на груди, переминаясь с ноги на ногу.
Все ждали Шарову. Все, включая директрису — Мартынову, от негодования которая была, кажется, готова убить.
— Извините за опоздание!
Виновник, точнее виновница, влетев в класс с выражением лица, как будто за ней гнался крокодил, и прокричала эти слова, едва не врезавшись в стоящих учеников.
Темные волосы от бега растрепались, а значок на груди заменял красный галстук, чуть-чуть мятый с одной стороны.
— Это что ещё? — прошипела Ирина Львовна, делая один шаг вперед.
— Где?
— Что на тебе одето, Шарова?!
— Школьная форма...
— Ладно. Давай попробуем по-другому. Почему на тебе галстук вместо значка?
Сейчас она не говорила, а шипела, словно змея в зоопарке.
— Я значок потеряла! — девочка виновато посмотрела в пол под всеобщий смех.
Не смеялся только Валерка.
— А голову ты свою не потеряла? — женщина больно схватила ее за руку, подталкивая к Валере.
Все сделали вид, будто бы из-за болезни ее не успели принять в ряды старших товарищей.
А что? Ведь все бывает в мире, где обычный Стратилатат ходит в обычную школу...
— Что случилось? — набросился Валерка тут же, как только появилась возможность.
— Я же сказала, потеряла! — девочка посмотрела на него негодующие, словно он ее силой заставлял говорить.
— Вампир потерял оберег? — он фыркнул. — Ты его где утопила?
— У меня его бабушка забрала, — девочка хлопнула носом, то ли успеы простудиться, то ли собираясь заплакать.
— Зачем? Молодость вспомнить?
— Не смешно. — Рита посмотрела на него и отчеканила по букве. — Она считает, что я Стратилат.
***
Холодный ветер для сегодняшнего дня был неожиданностью.
Перистые облака медленно плыли по синему небу, догоняя друг друга.
Где-то вдалеке показалась радуга.
Рита и Валерка молчали, медленным шагом обходя старинную школу по кругу.
Мимо них толпами пробегали пионеры в красными галстуками, неподалеку от дверей школы в догонялки играли орлята.
Алешина видно не было, зато его друзья-комсомольцы восседали на заборе с сигаретами, болтая в воздухе ногами.
Сбоку к ним примостился Костя. Несчастный Ивочкин, теперь боящийся взять в руки значок, подпирал руками подбородок, безучастным взглядом разглядывая окна спортзала.
В третий раз красный флаг Советского Союза показался над головой: Шарова не выдержала, обернувшись к нему:
— Что будем делать?
— Ты о чем? — Лагунов посмотрел на нее голубыми глазами, поправляя сумку на плече.
— Они же ищут нас. Доктор Носатов, Игорь... Все!