– Точно? А побледнела так чего?
Она его не слушала. Ноги уже несли Веронику в уборную. Оставшийся за столом Плоткин допил кофе и начал медленно одеваться. Раскатал рукава. Продел запонки. Накинул пиджак, одёрнул его. Застегнул пуговицы. Он точно рассчитал время, чтобы по пути к двери встретиться с выходящей из ванной Вероникой.
– Я всё равно узнаю всю правду, – сказал он и внезапно улыбнулся.
Его рука легла на её живот. Жест стал приговором. Раз он всё понял, то и ей уже не нужно было тешить себя иллюзиями. Следовало признать произошедшее.
– Кто? – спросил он.
– Плоткин.
Улыбка на лице Ивана стала намного шире.
– Ты это… Вещи пока не собирай, – свёкор окинул пожитки взглядом и вернул глаза к Веронике. – Видимо, тебе до лета не полегчает. И зайди ко мне на днях, будем думать, что с тобой дальше делать.
ЧАСТЬ 1: Тени ушедших, Глава 12: Лекарство для пиявицы
1 ноября 1983
20 дней до полной луны
Куйбышевский областной онкологический диспансер располагался в принадлежащем областной больнице здании на Ленинской улице. Лариса Степановна передала сюда медкарту и результаты обследований внучки заранее, ещё летом, сразу после её переезда в Куйбышев из Москвы. Конечно, она понимала, что Шарова не захочет лечиться и проводить свои лучшие годы в больнице, но сделала всё, чтобы спасти Риту в случае обострения болезни.
И это помогло тогда, перед тем, как она стала заложницей Глеба, пытающегося заманить Валерку в школьные катакомбы. Рита не планировала ходить ни на какие процедуры, а после того, как стала пиявицей, это окончательно потеряло смысл. Теперь же Шарова была вынуждена идти в онкодиспансер, однако уже не для облегчения течения лейкоза, а для избавления от вампирского голода.
Она была уверена: придуманное Валеркой сработает. Рядом с ним она в безопасности. Кровь для неё не была жизненно необходимой, в отличие от Лагунова, но всякий раз, как того одолевала жажда – Риту словно подменяли. В застилающем разум желании она бы уже давно напала и на одноклассников, и на прохожих, и на бабушку. И только слова её стратилата, как заклинание впечатавшиеся в память, заставляли пиявицу смиренно терпеть: «Никто больше не будет кусать людей».
Помня прошлый, едва не окончившийся нападением на маленького мальчика, поход в больницу за фрагментом плиты, Валерка не захотел подходить близко к корпусу. Внутри находилось много пострадавших людей, да к тому же и целый банк крови. Всё равно, что дразнить сладкоежку походом в кондитерскую, где тот не сможет ничего попробовать. Хотя этот сладкоежка был опаснее разъярённого медведя.
Остановившись у входа на территорию, Валерка замер. Уже отсюда вампирское зрение указывало на огромное скопление крови внутри. Чувство было знакомое, и в то же время непривычное. Лагунов глядел на здание и никак не мог понять, что его в нём влекло кроме обилия доступной крови.
– Тебе на третий этаж, – сказал Лагунов Рите.
Там он увидел скопление донорской крови. Её было довольно много – хватило бы на месяц ежедневных трапез.
– Не волнуйся, станет легче, – добавил он, заметив волнение Шаровой, и свернул в крытую беседку у самого забора.
Рита прошла в регистратуру и назвала себя. Медрегистратор быстро отыскала карту в стеллаже позади себя, подписала талон и отправила в процедурную. Та, как и говорил Валерка, располагалась на третьем этаже.
Чем ближе Шарова подходила к кабинету, тем отчётливее ощущала манящий аромат. Она ещё не пила кровь, но сразу поняла – это её запах. По телу пробежала мелкая дрожь, а язык-жало дёрнулся во рту в предвкушении, готовясь вонзиться в жертву.
Даже не спрашивая у сидевших на кушетке, кто последний в очереди, Рита толкнула дверь. Недовольных возгласов не последовало. Внутри у окна за столом сидели врач и медсества.
– Давайте карту, присаживайтесь, – сказал доктор, не поднимая взгляда.
Медсестра, приближающаяся уже к старшему возрасту, принимая карту Риты, уставилась на неё поверх очков.
– С тобой всё хорошо, милочка? – поинтересовалась она.
Округлившиеся глаза шаровой рыскали по комнате в поисках крови. Она чувствовала её, но не видела. Пиявцам не было доступно вампирское зрение стратилатов.
– Присядь! – потребовала медсестра.
Она поднялась, вдавила Риту в стул и легонько шлёпнула её по щеке.
– Порядок?
Женщина пощёлкала пальцами перед её лицом.
– Обморочная что ли? – спросила она, поворачиваясь к доктору.
Тот взял Риту за лежащую на столе руку и начал нащупывать пульс. Это вернуло Шарову в реальность. Какой пульс в предобморочном состоянии? Слабый? Учащённый? У неё не было никакого. Она попыталась силой заставить сердце биться, но не сразу преуспела в этом. Когда сердце запустилось, Рита поспешила забрать руку.