Валентин Сергеевич указал на кольцо из каменных бусинок на руке Шаровой. Та инстинктивно поменяла скрещенные на груди руки, спрятала оберег.
– Я не уверен, но видимо с камнями Тени могут быть материальными намного дольше.
– Зачем же они помогают? Или они только делают вид и обманывают?
– Я много говорил с Лёвой, и он такой, каким и был. Его советы полезны, но я всё равно до конца не доверяю ему. Он же ходячий мертвец, – зевнул Носатов и убрал с сидушки затёкшую ногу в гипсе. – У меня есть теория: думаю, Тени – что-то вроде эхо.
– Из прошлого? – спросил заинтересованный Валерка.
– Нет, не совсем. Их появление – последствие чего-то, как круги на воде. Есть что-то, вызывающее рябь и возвращающее наших близких… Из воспоминаний что ли… Такими, какими мы их помним или хотим видеть. Потому они нам и помогают.
Валерка задумался. Не оттого ли к нему до сих пор не приходила Анастасийка, что он не хотел, чтобы она видела его кусающим людей стратилатом? С другой стороны, похоже, Тени не слишком интересовались, хотят их видеть или нет — уж с кем-кем, а с Серпом Ивановичем встречи он не желал, и всё же тот пришёл.
Побледневший от слов Носатова Игорь с трудом сглотнул. Он ведь и впрямь ночами просыпался от кошмаров с полуразложившимся сторожем «Буревестника», который приходил и спрашивал: «Как тебе спится, Игорь?», «Тепло ли тебе под одеялом?», «Сытно ли ты поужинал?». Сон заставлял Корзухина чувствовать вину и полностью вытеснил из памяти реальный образ убитого им по нелепой случайности мужчины. Оттого и явившаяся ему Тень сторожа оказалась столь неправдоподобно пугающей.
– И что же их возвращает? – спросил Игорь.
– Этнрарх, наверное, какая-то фундаментальная вселенская сила, а точнее её близкое присутствие или какие-то её действия.
– Почему же отец Павел тогда нас обманывал?
– Скорее всего, он не был Тенью. Я думаю, тот этнарх, которого вы встретили на крыше, превратился в него так же, как и в Риту.
Шарова нахмурилась, точно Носатов обвинил в чём-то её саму.
ЧАСТЬ 2: Криптобиоз, Глава 14: Кровь Лагунова
Сызрань встречала их неукротимой пургой. Ближе к городу поезд словно врезался в стену тумана. Миллиарды соединённых в водоворот мельчайших снежинок зацарапали по стёклам, крыше и бортам вагона. Весь состав перетряхнуло, и он значительно замедлился.
Разглядеть сквозь метель что-либо было невозможно. Даже когда электричка остановилась, край платформы за окном утонул в воющей вьюге. Пассажиры стали нехотя покидать вагоны, проваливаясь в снег кто по колено, а кто и по пояс.
Улучшить положение не могли даже усердно работающие лопатами дворники, работники вокзала и, судя по всему, добровольны с ближайшего предприятия. Снежная громада неутомимо росла и пожирала остановившийся поезд.
Вокзальный диктор напрасно пытался перекричать рёв непогоды, но не добивался успеха. Рупоры на столбах станции трещали, фонили и захлёбывались от ветра. Продираясь сквозь сугробы, пассажиры заспешили в здание вокзала.
Завывающий снаружи буран оглушал даже в зале ожидания. Свободных мест было мало, занять одно успела Рита, а второе демонстрацией костылей отвоевал себе Носатов.
Игорь пошёл узнавать, на сколько задержались рейсы. Пощёлкав кнопками справочного автомата и поняв, что таблички в нём уже не соответствовали действительности, он пристроился в хвосте огромной гудящей очереди к окошку информации.
Валерка тем временем подошёл к окну и вгляделся в пургу. Напротив центрального входа в снежном вихре виднелся памятник «Родные просторы». Из-за непогоды казалось, что скульптуры, обнявшись, брели от вокзала сквозь метель, а мужчина указывал женщине дорогу. Но впереди была снежная стена.
Лагунов подумал, что и они все как эта пара на постаменте – шагали в неизвестность, даже не подозревая, что остаются на месте. Они до сих пор не представляли, с кем имеют дело, чего он хочет и как его побороть. Чем больше им становилось известно, тем больше возникало вопросов. Настоящий буран из них.
– Пустят перед ЭРкой тепловоз с ковшом, – сказал возникший рядом Корзухин, обрывая размышления Валерки. – Пошли, сейчас посадку объявят.
Они поспешили в зал ожидания. Рита, откинувшись на спинку, бездумно глядела в потолок. Носатов вертел в руках костыль, ковыряясь в резиновом наконечнике чем-то вроде дротика из серебра. Лагунов заметил прорези на перекладине обоих костылей, сделаные напротив держащих стойки болтов.
– Это у вас прицел? – спросил он, указывая на самодельное углубление в валике.
Носатов не ответил, лишь поспешил забрать костыль.
Снегоочиститель подали на пути как раз, когда охотники на вампиров вышли к нужной платформе. Тепловоз, шипя паром, с шумом сгрёб ковшом накопившийся снег к перрону. Образовавшуюся гору быстро начали раскидывать по всей платформе люди с лопатами. Вскоре за очистителем подкатилась электричка до Старой Рачейки.