Валерка пытался управлять самозванцем, как другими вампирами, но у него ничего не выходило – тот не реагировал. Он свернул к небольшой дворницкой возле арки и нырнул в дверь. Лагунов сразу же подлетел к ней, дёрнул за ручку и отшатнулся от падающих на него лопат и мётел.
– Эй! Ты куда лезешь?! – окликнул его повернувшийся на шум дворник.
Он воткнул лопату в снег и, отпихнув Лагунова, начал собирать выпавшие инструменты на место, прислоняя их к стене. За дверью было немного места – не больше, чем в шкафу для одежды. Копия Лагунова исчезла, точно пройдя сквозь стену. Подоспела Шарова.
– Ты видела? – спросил он.
– Спрашиваешь. Но не поняла, кто из вас двоих был настоящий. Ты ведь настоящий?
– Да я и сам не понял, – ответил Валерка.
ЧАСТЬ 3: Живое и Мёртвое, Глава 11: Возвращение брата
31 декабря 1983
19 дней до полной луны
Мама обварила бигуди кипятком, накрутила на них локоны перед зеркалом на дверце прихожей и теперь суетилась на кухне. Оттуда вслед за жаром от работающей духовки и запахом курицы с чесноком доносился стук ножа по доске – она нарезала огурцы и варёную картошку для салата.
Навстречу звукам и запахам праздничного ужина из зала лилась песня «Старый Рояль». Она звучала из телевизора. Показывали отрывок фильма «Мы из джаза», включённый в киноконцерт «Вам песня посвящается, или Снова «Карнавальная ночь».
А между этими потоками праздничной атмосферы на стуле стоял отец Валерки. Он привязывал к карнизу деревянной шторы над дверью в зал бумажную гирлянду-растяжку в виде сине-белых фигурок улыбающихся Снегурочек. Другим концом она крепилась к дальнему углу прихожей. Похожая гирлянда в виде ёжиков с мухоморами уже висела в комнате Валерки от шкафа к углу настенного ковра.
Сам Лагунов подклеил отставшую от стекла бумажную снежинку и понаблюдал за падающими на откос окна настоящими. Улица была пуста. Все разбрелись по домам и готовились встречать Новый год. Праздник, которого когда-то Валерка, как и все его сверстники, ждал больше собственного Дня рождения, теперь совершенно его не радовал. Часть волшебства для него исчезла с гибелью Дениса. Мир показал тогда своё истинное бесстыжее и несправедливое лицо. А затем всё стало ещё хуже – он повернулся к нему другой стороной, где место сказки занимал кошмар. В мире вампиров и этнархов для праздников просто не оставалось места. А ему так хотелось вновь сделаться простым школьником, который отчаянно верил бы в чудо и наслаждался вечером в семейном кругу.
– Валер, пойдём, поможешь со столом, – позвал его отец, заглянув в комнату.
В зале рядом с установленным на низкой тумбе с нишами телевизором блестела украшенная сосна – ёлку отцу раздобыть не удалось. Зато это дерево пахло ярче и выглядело пышнее. Тёплый свет остроносых лампочек накаливания гирлянды «Московский фонарик» из разноцветного стекла будто имел свой собственный гипнотизирующий запах. Его приумножали разнообразные стеклянные игрушки – шарики, сосульки, шишки и домики. Разбросанные по ветвям, они приковывали взгляд каждая к себе, создавая иллюзию россыпи драгоценностей. Между ними висели флажки с картинками Дедов Морозов и сказочных животных. Форму дерева подчёркивали переливающиеся линии дождиков, берущие начало от устремлённого к потолку серебряного шпиля. Прикрывающая крестовину подставки вата выглядела как настоящий сугроб, возле которого пристроились фигурки Деда Мороза и Снегурочки.
Стены украшала разноцветная мишура, а на подоконнике уже ждали своего часа мандарины в хрустальной чаше, хлопушки с верёвочными колечками и пачка бенгальских огней.
Стол-книжка стоял в углу возле кресла и обычно служил подставкой для настольной лампы. Её пришлось переместить на широкую нижнюю полку книжного шкафа. Обычно стол Валерка ставил с Денисом, преисполненный грузом ответственности и волнения. Держать его было особо не за что, а нести – неудобно из-за опущенных и вечно хлопающих по основанию створок столешницы. Приходилось пятиться, надеясь, что руки не соскользнут с краёв, и книжка, упав, не отрубит пальцы ног. Но теперь это ушло. Не испытывая больше ничего, он перенёс стол в центр комнаты вместе с папой, поднял одну створку и расправил ножки, уперев их в пазы железных скоб. Вторую часть установил отец.
– Может ну его, этот лагерь? – спросил отец. – Разве не найдёшь тут развлечений? Вечерами бы с тобой нашли, чем вместе заняться.
Раньше Валерка был бы рад провести с ним время, а теперь чувствовал, что его присутствие рядом с родителями становилось для них угрозой. Однажды он уже потерял контроль над телом, и зверь покусал четвероклассника. Да и до сих порт толком не был понятен план Тьмы. От неё тоже исходила опасность, причём неизвестной величины.