Отступление
В последние дни августа 168-я дивизия, в медсанбате которой работал автохирургический отряд, была спешно переброшена под Колпино. В тяжелых боях в районе Ям-Ижоры она сорвала замысел противника ворваться в город со стороны Московского шоссе. Вместе с полками дивизии в 55-ю армию пришел и медико-санитарный батальон, развернув свои отделения в Александровском парке, у подножия искусственной горы Парнас. Здесь, возле старых брезентовых палаток, я разыскала командира медсанбата военврача второго ранга Зинаиду Александровну Каневнину.
Постоянная тревога за вверенный ей батальон, сотни раненых, которых надо принять, разместить, оказать им медицинскую помощь, накормить и эвакуировать, бессонные ночи, полные тревог и волнений, особенно в последние две недели на побережье Ладоги, оставили на ее опаленном солнцем лице несмываемые следы. На широком лбу залегли складки, к уголкам зеленоватых, под припухшими веками глаз протянулись свежие морщинки.
Зинаиду Алексеевну я знала еще с довоенных времен, когда она, врач-дерматолог из города Череповца, вступила в тридцать девятом году в Красную Армию и была назначена сначала врачом полка 168-й дивизии, а затем переведена в медсанбат. Великую Отечественную войну она встретила вместе с дивизией на государственной границе под Сортавалой.
— Ох, и досталось нам на Карельском перешейке, — сказала Каневнина, покачав головой, по-северному приокивая. — Совершенно невозможно выделить лучших. Все работали самоотверженно, с полной отдачей. Спасибо начсанкору, прислал нам на помощь хирургический отряд. Какие же они молодцы, эти «аховцы»!
Разговаривая, мы подошли к госпитальной палатке. Начальник госпитального отделения военврач Валентина Александровна Столярова сказала, что в ее отделении лежат восемьдесят человек и их всех после операции без крайней нужды не следует тревожить. Однако обстоятельства сложились так, что на следующий день всех раненых пришлось отправить в Ленинград.
Мимо памятника, поставленного на братской могиле героев революции, прошла большая группа легкораненых в сопровождении фельдшеров. Они направлялись через Шушары в ленинградские госпитали. Проехала и медленно завернула к Парнасу колонна крытых полуторатонок с красным крестом на ветровом стекле. Это начсанарм прислал двенадцать машин для эвакуации тяжелораненых. Каневнина повеселела и поспешила в госпитальное отделение.
Потянулись носилки с лежавшими на них бойцами дивизии. Их всех оперировали в медсанбате, и они в первые послеоперационные дни лечились в госпитальном отделении. Теперь медицинские сестры Аня Голубева, Шура Дец, Дуся Краснова одевали их, кормили и провожали к машинам. Решительная, энергичная военврач В. А. Столярова подписывала документы и вручала их санитарным инструкторам или фельдшерам, сопровождавшим раненых до госпиталя. Когда опустели большие палатки. Каневнина распорядилась укладывать имущество и быть готовыми к отъезду.
В то время как свертывались госпитальное и сортировочное отделения, в Кофейном домике, превращенном в операционную, Дмитрий Александрович Воскресенский заканчивал первичную обработку множественных ран на спине и ногах только что доставленного из полка пулеметчика. Но вот и его, забинтованного, унесли в машину. Можно укладывать инструменты и другое хирургическое имущество в поцарапанные, пробитые осколками зеленые ящики. Еще немного, и начальник аптеки старший военфельдшер С. Пунинский и его помощник военфельдшер С. Шандромайленко увезут ценный груз через Шушары в пункт, указанный Каневниной.
Приехал комиссар дивизии — моложавый полковой комиссар С. А. Александров. Его явно хорошо знали и любили в медсанбате: дружно обступили, засыпали вопросами. Но комиссар сразу же пошел к бойцам, лежавшим и сидевшим в санитарных машинах. Он спрашивал: где кто воевал и где и когда ранен. Записывал в свою книжечку фамилии, желал всем скорейшего выздоровления, обещал навестить, просил возвращаться в свою прославленную дивизию. Когда санитарные машины увезли последних раненых, Александров снял пилотку, вытер платком высокий с залысинами лоб и сел на пенек. Теперь настало время поговорить с людьми медсанбата. Он рад был узнать, что всем раненым оказана помощь, но предупредил, что дивизия еще ведет боевые действия и новые раненые будут поступать. Каневнина объяснила комиссару, что после ухода медсанбата здесь для этого останется небольшая медицинская группа.