— Медсанбат, на построение! Конец войне!
Еще дымились воронки. Санитары вели и несли раненых. Медсанбат свертывался и готовился к последнему переходу в Выборг.
День стоял солнечный, какой бывает в наших широтах в марте. С елей тихо падали снежные пушинки. В лесу обрадованно и победно стучал дятел. А история уже отсчитывала время на часах недолгого мира. И никто из нас тогда не знал, сколько спокойных дней отделяло нас от новой войны…
На следующий день начсандив Буков выехал на рекогносцировку под Выборг. Связной вернулся с дурной вестью: лошадь, на которой поехал Буков, наступила на мину. Буков слетел с лошади и был контужен. Из ушей шла кровь.
123-я дивизия входила тогда в 50-й корпус. Начсанкором был военврач первого ранга Федор Федорович Булгаков, человек представительный, отменно любезный. Под стать Булгакову был и его помощник, военврач второго ранга Криштоф. Никак ему было не приучить себя к четкому военному языку — в свои устные доклады он неизменно вставлял лишние словечки. Когда ранило и контузило Букова, на вопрос комдива, что же случилось с начсаном, Криштоф по телефону доложил:
— С вашего разрешения, я извиняюсь, начсандив налетел на мину…
— Я ему этого не разрешал! — серьезно ответил полковник Алябышев.
Буков, несомненно, был одним из наиболее инициативных и образованных работников санитарной службы нашей 55-й армии. Чувствовалась хватка научного работника. Личная храбрость и ответственность сочетались в нем с душевной простотой и сердечностью.
Перед уходом 70-й дивизии из 55-й армии были произведены перемещения: начсандивом назначили командира медсанбата П. Г. Евсеева, а на его место — Д. К. Хохлова. Буков оставался в нашей армии начальником головного отделения полевого эвакопункта. На этой большой работе, связанной с эвакуацией раненых из войскового района в госпитали армии и фронта, на какое-то время нашла выход его активная натура. Но и эта работа его, видимо, не целиком удовлетворяла, потому что произошло непредвиденное…
Как-то глубокой ночью в Военный совет армии были вызваны начсанарм Гофман и военком Павлинов. Они прибыли на стадион завода «Большевик», где тогда размещался командный пункт армии, и вошли в большую землянку командарма В. П. Свиридова. Тут же в приемной они увидели Букова и его комиссара Соколовского.
— Что случилось, почему вы здесь? — спросил начсанарм.
Оба встали, как провинившиеся школьники. Буков выглядел смущенным.
— Товарищ начальник, — после мгновенного замешательства ответил за обоих старый большевик полковой комиссар А. Соколовский. — Мы подали заявление в Военный совет с просьбой направить нас на строевую работу.
«Это все Буков, — решил Гофман, — ему нужен оперативный простор», — а вслух сказал:
— Плохо, если вы, руководители большого и важного армейского медицинского учреждения, считаете свою работу ненужной, второстепенной.
— Вы же знаете, товарищ начсанарм, какая убыль в командном составе, а мы сильные, здоровые… — объяснял Буков.
Командарм не поддержал просьбы Букова и Соколовского.
— Мы понимаем ваш порыв и благодарим за службу, — сказал им генерал Свиридов. — Но сейчас не гражданская война! Для того чтобы командовать батальоном, нужны специальные знания, подготовка. Их у вас нет. Вы, военные медики, дело свое знаете и весьма полезны на своем месте…
Близился рассвет, когда медики покинули землянку командующего.
— Всыпать бы вам на орехи, чтобы рапортов не писали через голову своих прямых начальников и нас по ночам не тревожили, — сказал Иван Васильевич Павлинов. И добавил насмешливо: — До свидания, товарищи командиры стрелковых батальонов! До встречи утром в санитарном отделе.
На следующий день Гофман потребовал от меня списки и характеристики на выдвижение руководящего медсостава и удовлетворенно качнул головой, прочитав развернутую характеристику на Букова.
— Надо двигать его дальше. У него сильные крылья. Ясная голова. Он будет хорошим начсанармом.
И действительно, спустя несколько месяцев Букова отозвали в санитарное управление фронта, затем в Москву. Из его письма мы узнали, что он получил назначение на Калининский, затем на Степной фронт, стал начсаном 13-й армии. Закончил он войну на немецкой земле. Крупным армейским госпиталем в той же 13-й армии руководила и подполковник Г. С. Чуб (жена Букова).
Но и на берегах Эльбы не забывал Буков Неву, ленинградские белые ночи, Тайцы, колпинские медсанбаты, землянку командарма, тревожные блокадные ночи и дни на переднем крае и в ближайшем тылу.