— Пойдёшь охотится?
— Пока нет... — вампир переводит взгляд на меня и тот теплеет. — Сам не понимаю почему я поверил, что он убил тебя... как же я рад, что это не так. Рицуки...
Удивившись, я не знаю, что делать.
Так... кажется я забыл упомянуть нечто важное. Сейчас самое время.
— Не хочу тебя расстраивать, но... я тебя не знаю. Впервые вижу не осмелюсь сказать, но по крайней мере не помню. Кто ты? Может, ты ошибся?
— Хм. Пожалуй я бы не поверил, скажи ты это в привычной раздражённой манере... но ты и правда смотришь на меня странно. Точнее, обычно. Без ненависти и призрения... странно... Правда, меня не помнишь? Пятьсот лет прошло.
Начав рассуждать спокойно, под конец вампир сильно удивляется. Я лишь пожимаю плечами. Я бы не стал возиться со знакомым когда-то вампиром. Наверное, это от безысходности и отчаяния. Просто способ забыться и чем-то себя занять.
— Я обязан ненавидеть тебя?
— Не знаю, — неуверенный ответ. — Ты всегда меня ненавидел... почти. После того, как я сделал тебя вампиром. Как раз за несколько лет до начала войны. Хотя тут ты сам виноват, знаешь ли. Я всего лишь лишил тебя возможности умереть. Почему ты обиделся на меня, я понятия не имею. Даже не знаю... радоваться мне или плакать...
Поднявшись и отряхнувшись от травы, я сразу же оказываюсь обнят. Ну почти. Я растерянно смотрю на вампира, приобнявшего меня за плечо и уткнувшегося лбом в лоб.
— Я никогда не понимал, что такого интересного в обращении кого-то, ведь сам ненавидел того, кто обратил меня, — делится вампир с закрытыми глазами. — Сейчас же понимаю, как дорога мне связь с тобой. Ведь кроме тебя у меня больше никого нет. Я просто не знаю, что делал бы, если бы... Хм, впрочем я не проиграл бы и тогда не было войны... А, не важно. Я до сих не верю, что прошло столько лет. Ты совсем не изменился.
Растерявшись от подобного откровения, я отвожу взгляд в сторону. От только что искупавшегося вампира всё ещё пахнет темницей, болью, смертью и прахом. Так и хочется поморщиться.
— Я помню... — осторожно отвечаю, — что не хотел быть вампиром. Зачем ты так сделал?
— Но ведь... ты хотел умереть!
— И что?
— Но так ведь... мы друзья. Были... наверное...
Вздохнув, я уже жалею, что впутался неизвестно во что.
— Скажи... ты... и Шиму не помнишь? — неожиданно тихо спрашивает вампир, словно осторожно. — Моего брата... ты не мог забыть... ведь нет? Если не мы... кто будет о нём помнить?
Брата?.. Шиму?..
«— Что пишешь на этот раз?
— Да так... история любви одного несчастного вампира.
— Про тебя, Рицу? Ты же говорил, что в кого-то влюблён. Скажешь мне?».
Красноволосый мальчишка из моих воспоминаний... с такими же красными глазами, как у этого вампира. Разве он не был простым человеком? Они были братьями? Шима ведь был убит вампирами. Нет, он был охотником и искал брата. А когда нашёл, я оставил их... и лишь потом узнал. Шима, переродившись, стал ангелом? То есть Шима и он... они не могут быть настолько похожи.
— Шиму... Шиму я помню. Поэтому цвет твоих глаз меня раздражает.
Хмыкнув и отстранившись, вампир загадочно прожигает меня взглядом.
— Ну да... Ты винил меня за его смерть и был полностью прав. Его смерть только моя вина. Как только мои силы восстановятся, я снова сделаю свои глаза золотистыми, так что не злись.
Золотистыми?
Вздрогнув, я неожиданно чувствую резкий прилив ненависти.
Так это... к нему я чувствовал ненависть и к Шиме любовь? Теперь всё встало на свои места... Почти... Разве они оба мешали мне исполнить моё заветное желание? Судя по его словам, я хотел умереть... Вряд ли их смерть поможет мне.
— Да, ты прав. Я ненавидел тебя так сильно, что помню до сих пор. Ненависть к вампиру с золотыми глазами никуда не исчезла. Но вот конкретно тебя я не очень ненавижу... Как тебя зовут?
— Рин...
Кровопийца срывается на хриплый кашель, едва не теряя сознание.
— Пойдёшь охотится?
— Пока нет... — стерев кровь, вампир смотрит на меня. — Боюсь, что ты исчезнешь... или решишь добить меня, стоит повернуться к тебе спиной. Хах, это даже забавно...