Алина, задыхаясь от одышки, несколько секунд не могла произнести ни слова. На ее взмокшем лице читался невообразимый ужас, который Прохоров не сразу успел заметить, но когда, наконец, распознал, его лицо и взгляд заметно смягчились.
Он отпустил ее, а потом задал естественный вопрос:
— Что случилось, Алина? — А в голосе его чувствовалось легкое дрожание.
— Крыса, крыса! — пару раз выдохнула Алина и опять замолчала, пытаясь проглотить сухой ком, казалось, застрявший в ее горле.
Прохоров хотел было подумать, что это все безобидные проделки — какой-то солдатский черный юмор, но живо отмел глупую мысль. Сейчас на дворе не первое апреля, чтобы отбрасывать такие скверные шутки, да и место здесь не самое подходящее для этого дела.
Алина, вновь овладев даром речи, наконец заговорила внятно:
— Они погибли страшной смертью!
— Ты что такое несешь, — опешил генерал, — какой такой смертью?
— Такой, какую не пожелаешь даже самому злейшему врагу.
Лицо девушки было гораздо красноречивее ее слов. Оно словно кричало: «Бегите, спасайтесь, кто может!»
Г енерал тяжело сглотнул и мимолетно посмотрел назад — на нерадостные физиономии своих солдат.
Снова уставившись на дрожащую Алину, он, желая знать подробности, спросил:
— Как это произошло?
— Не сейчас! — взбесилась она. — Не здесь. Они преследовали меня, я их слышала, они близко и скоро придут за нами!
— Кто — они?! — не выдержал один из солдат. Он хорошо знал Алину, именно поэтому и позволил себе небольшую дерзость, в виде грубого вопроса.
— Крысы-мутанты! — выкрикнула Алина, теряя всякое терпение. — Огромные клыкастые крысы — они всех убили, а теперь хотят добраться и до меня.
На физиономии Прохорова почти прорисовалась усмешка. Никакого переживания больше не наблюдалось.
А вот у Алины возникло сильное желание ударить генерала по его недоверчивому лицу, как вдруг тот произнес:
— Хорошо, мы не пойдем туда… все вместе.
Добавочная пара слов, в хвосте прозвучавшего предложения, совсем не воодушевила Алину.
— Так, вы двое, — сказал Прохоров, повернувшись к подчиненным. — Триста метров вперед. Потом живо обратно.
Солдаты даже не переглянулись, они сразу же поспешили выполнить приказ.
— Да повнимательнее там! — крикнул генерал им вслед.
Быстро шагая, солдаты вскоре исчезли в далекой темноте правого туннеля.
— А мы будем находиться здесь вплоть до их возвращения, — огласил Прохоров, посвящая остальных в свой замысел.
— Похоже, Вы не понимаете, насколько все опасно! — немного грубо проговорила Алина, сосредоточив на себе взгляд командира. — А может, просто не верите мне?.. Или не хотите поверить.
Ее слушатель быстро улыбнулся, а потом сказал пару оборонительных слов:
— Почему же, нет. Я поверил каждому твоему слову. К тому же у нас есть маленькое доказательство, хоть как-то подтверждающее правдивость твоих слов.
Генерал протянул под нос Алины сжатый кулак.
— Вот это доказательство. — Он разжал пальцы, чтобы показать девушке найденный обрубок. — Я так считаю, — пояснил Прохоров, — либо это человек потерял палец, либо это то немногое, а может даже единственное, что осталось от него.
— Так почему же мы все еще здесь?
— Потому что есть правила, которые обязывают нас выполнить поставленную задачу любой ценой. И ты, Алина, — он ткнул своим указательным пальцем в центр ее грудной клетки, — лучше меня знаешь, какие у тебя обязательства, — напомнил он ей.
Девушка хмыкнула и удивленно повертела головой.
— Ну, обалдеть можно. Я на это не подписывалась!
— Никто из нас на это не подписывался, — непринужденно заметил генерал. — Но это наш долг.
— Долг погибнуть зазря?!
— Пусть даже и так, если придется. Ты должна остаться со своим командиром.
— Да пошел ты, куда подальше, больной ублюдок! — Алина плюнула Прохорову в лицо. — Я ухожу. — она совершила несколько быстрых шагов вперед.
Командир спокойно размазал плевок по всему лицу, а потом заявил:
— Вы заставляете пойти меня на крайние меры.
Алина помедлила и повернулась к Прохорову. Ей даже стало интересно, о чем толкует этот безумец. Когда мужчина повернулся к ней, она увидела блеснувшее от света фонариков дуло пистолета, направленное в ее сторону.
— Сэр, вы хотите пристрелить меня? Тогда для начала потрудитесь объясниться хотя бы перед остальными, за что.
Он покосился на группу солдат, смотревших на него как на безумца.
— За неподчинение.
Нежданный человеческий крик раздался из правого туннеля, когда оттуда, словно пуля, вылетел один из солдат, которых Прохоров не так давно отправлял на разведку. Вся его одежда, лицо и руки были измазаны чужой кровью. Автомата у бойца при себе не было.