Мерси Вас. Если не хватит, то своевременно уведомлю, а пока и этого достаточно. Суворин назначил мне по 12 коп. за строчку.
Пишу ему еще…
А. Чехов.
147. Р. Р. ГОЛИКЕ
20 февраля 1886 г. Москва.
Москва, 1886 г. Февраль 20.
Многоуважаемый Роман Романович, большое спасибо Вам за Ваше любезное письмо, которое я получил с образцом бумаги. Ф. О. Шехтель, который сейчас сидит у меня, уверяет меня, что виньетки не будет. Это жаль… А все из-за того, что я не соглашаюсь быть завтра у него на блинах. Если уверение его не пустая угроза, то ведь книжка будет печататься без виньетки.
Ваш Антон Чехов.
Впрочем, ура!.. Ф«ранц» О«сипович» сжалился и показал виньетку. Виньетка восторг. Запьешь, на нее глядючи, как говорит один знакомый художник.
20 февраля 1886 г. Москва.
Получил Ваше письмо, добрейший Николай Александрович, и браню себя, что не тотчас ответил Вам на предыдущее письмо… Дело в том, что если лист (I) уже отпечатан, то в нем остались все те многочисленные ошибки, которые я нашел в нем…
А ошибок много…
Я Вас надул, но Вы простите… Так я утомлен, очумел и обалдел в последние недели две, что голова кругом ходит… В квартире у меня вечная толкотня, гам, музыка… В кабинете холодно… пациенты… и т. д. Недописанный рассказ будет дописан и своевременно прислан…
Виньетка для книги готова и отдана в цинкографию. Вышла она так хороша, что я ахнул и умилился… Пойдет она в 2 краски, чего ради Вы получите 2 клише. По мнению творца виньетки, бумага для обложки должна быть потолще, холодного и желтоватого или сероватого тона. Надпись, что книга издана "Осколками", исполнена.
Не пишите мне про "Сверчка"… Я дал Вам слово, что в декабре и в январе в Москве я не буду подписываться А. Чехонте… Памятуя об этом, я давал просящему Вернеру рассказ и, кроме гонорара, взял с него подчеркнутое честное слово, что он не выставит моего псевдонима… Но он не нашел нужным сдержать это слово…
Вообще грустно. Я с наслаждением уехал бы теперь куда-нибудь вроде кругосветного плавания… Кстати же и кашляю.
Суворин назначил мне 12 коп. со строки. Но от этого мои доходы нисколько не увеличатся. Больше того писать, что я теперь пишу, у меня не хватит ни времени, ни толкастики, ни энергии, хоть Вы зарежьте меня.
От Трефолева письма не было… Само собою разумеется, что, пока не получу от него приглашения, сам не полезу к нему. Дать же что-нибудь, ввиду доброго дела, я не прочь и даже был бы польщен…
Гиляровский обещает завтра приехать ко мне.
Ну что, как Федины недуги? Все ли еще Вас терзают сомнения?
Кланяюсь Прасковье Никифоровне, а Вам жму руку.
Ваш А. Чехов.
Пора бы уже начаться весне. У меня такие бессонницы - черт их знает, откуда они взялись, - что купанье и чистый воздух являются настоятельной потребностью.
Билибину написал я о книге так, а propos*…
Нам на нашей даче купили новой мебели - семейная новость. * между прочим (франц.)
149. А. С. СУВОРИНУ
21 февраля 1886 г. Москва.
Милостивый государь
Алексей Сергеевич!
Письмо Ваше я получил. Благодарю Вас за лестный отзыв о моих работах и за скорое напечатание рассказа.
Как освежающе и даже вдохновляюще подействовало на мое авторство любезное внимание такого опытного и талантливого человека, как Вы, можете судить сами…
Ваше мнение о выброшенном конце моего рассказа я разделяю и благодарю за полезное указание. Работаю я уже шесть лет, но Вы первый, который не затруднились указанием и мотивировкой.
Псевдоним А. Чехонте, вероятно, и странен, и изыскан. Но придуман он еще на заре туманной юности, я привык к нему, а потому и не замечаю его странности…
Пишу я сравнительно немного: не более 2-3 мелких рассказов в неделю. Время для работы в "Нов«ом» времени" найдется, но тем не менее я радуюсь, что условием моего сотрудничества Вы не поставили срочность работы. Где срочность, там спешка и ощущение тяжести на шее, а то и другое мешает работать… Лично для меня срочности неудобна уже и потому, что я врач и занимаюсь медициной… Не могу я ручаться за то, что завтра меня не оторвут на целый день от стола… Тут риск не написать к сроку и опоздать постоянный…
Назначенного Вами гонорара для меня пока вполне достаточно. Если еще сделаете распоряжение о высылке мне газеты, которую мне приходится редко видеть, то буду Вам очень благодарен.
На этот раз шлю рассказ, который ровно вдвое больше предыдущего, и… боюсь, вдвое хуже…
С почтением имею честь быть
А. Чехов.
Якиманка, д. Клименкова.
150. Н. А. ЛЕЙКИНУ
25 февраля 1886 г. Москва.
Пса смердяща получил, уважаемый Николай Александрович, и уже имел случай показывать на нем двум певцам восторг и изумление обывателя, когда оные певцы поют… Если приподнять голову собаки на 1/3, то на морде получается именно это обывательское выражение…
Гиляй болен. Что-то у него начинается. Т° высока, но в чем дело, пока неизвестно.
За собаку шлю Вам несколько подписей. Если можно, велите тиснуть мне еще 2-й и 3-й лист книги и вышлите бандеролью. Виньетка в цинкографии. Кланяюсь Вашим и Билибину.
Ваш А. Чехов.
28 февраля 1886 г. Москва.
Москва, 86, II, 28.
Добрейший
Виктор Викторович!
Я только что поужинал, чего и Вам желаю.
Лейкин, когда пишет мне письмо, то считает нужным выставить на заголовке не только год и число, но даже час ночи, в который он, жертвуя сном, пишет ленивым сотрудникам. Буду подражать ему: сейчас 2 часа ночи… Цените!
Давно уж собирался ответить на Ваше милое письмо, но простите: занят по горло! Со мной черт знает что делается… Работы не бог весть сколько, а копаюсь я в ней, как жук в навозе, с антрактами и хождениями из угла в угол… Близость весны сказывается! А летом и весной я обыкновенно бываю ленив…
Пишу и лечу. В Москве свирепствует сыпной тиф. Я этого тифа особенно боюсь. Мне кажется, что, раз заболев этой дрянью, я не уцелею, а предлоги для зараженья на каждом шагу… Зачем я не адвокат, а лекарь? Сегодня вечером ходил к девочке, заболевшей крупом, а ежедневно бываю у жидочка-гимназиста, которого лечу от болезни Наны - оспы.
Я опять о псевдониме и фамилии… Вы напрасно публику припутываете… Откуда публике знать, что Чехонте псевдоним? И не все ли ей равно?
Сегодня послал Суворину поздравительную телеграмму. Что бы там ни говорили, а он хороший, честный человек: он назначил мне по 12 коп. со строки… Сколько Вам платил Нотович? Честный он или нет? Жаль, что с "Новостями" у Вас расклеилось. Лишние 50-100 руб. Вам, как будущему отцу семейства, пригодились бы, да и талант бы Ваш имел, выражаясь языком учителей физики, гораздо более "лошадиных сил", чем он имеет теперь… Я не лгун и не комплиментщик, а потому говорю прямо, как понимаю: Вы талантливый и образованный фельетонист; если я среди беллетристов 37-й, то Вы среди русских фельетонистов - второй. Когда подохнет Буква, Вы будете первый… Если Вам угодно верить моему чутью и пониманию вещей, то спешите пригвоздиться к какой-нибудь газетине… Отчего Вам не работать в "Новом времени"?
На московские газеты пока плохая надежда. У нас есть единственная приличная и платящая газета - это "Русские ведомости", но газета, битком набитая, сухая, стерегущая свой несуществующий тон и признающая в людях прежде всего фирму и вывеску… И к тому же в этой газете нет подходящего для Вас отдела… Можно еще работать в "Будильнике", но эта инфузория платит мало…
Отчего Вы не попробуете что-нибудь по части беллетристики?
Был у меня 3-го дня Пальмин… Поговорил о высоких материях, выпил и ушел. Водку закусывал варениками с капустой.