В апреле я буду в Москве и постараюсь повидаться с Вами, а пока позвольте еще раз поблагодарить Вас и пожелать всего хорошего.
Искренно Вас уважающий
А. Чехов.
Повидайтесь с В. А. Гольцевым. Что он скажет?
2693. Л. А. АВИЛОВОЙ
23 марта 1899 г. Ялта.
23 март.
Вы не хотите благодарностей, но всё же, матушка, позвольте воздать должную хвалу Вашей доброте и распорядительности. Всё прекрасно, лучше и быть не может. Один переписчик пишет "скажитЪ", но это не беда; к тому же, быть может, это так и напечатано в "Петербургской газете". Цена очень подходящая, срок какой угодно, но не позже весны; желательно всё получить до конца мая.
С Сергеенко я учился вместе в гимназии, и, мне кажется, я знаю его хорошо. Это по натуре веселый, смешливый человек, юморист, комик; таким он был до 30—35 лет, печатал d "Стрекозе" стихи (Эмиль Пуп), неистово шутил и в жизни, и в письмах, но как-то вдруг вообразил себя большим писателем — и всё пропало. Писателем он не стал и не станет, но среди писателей уже занял определенное положение: он гробокопатель. Если нужно завещать, продать навеки и т. п., то обращайтесь к нему. Человек он добрый.
В Вашем письме две новости: 1) Вы похудели? и 2) Вы писали о "Чайке"? Где и когда? Что Вы писали?
Выбирайте и располагайте материал в Вашей новой книжке сами. Надо обходиться без нянюшек.
У меня ничего нового. Хочу купить матери в Москве небольшой дом и не знаю, как это сделать. Хочу уехать в Москву — и меня не пускают. Деньги мои, как дикие птенцы, улетают от меня, и через года два придется поступать в философы.
Я Толстого знаю, кажется, хорошо знаю, и понимаю каждое движение его бровей, но всё же я люблю его.
В Ялте Горький. По внешности это босяк, но внутри это довольно изящный человек — и я очень рад. Хочу знакомить его с женщинами, находя это полезным для него, но он топорщится.
Будьте здоровы, дай Вам бог счастья. Еще раз благодарю и крепко жму руку.
Ваш А. Чехов.
2694. М. П. ЧЕХОВОЙ
23 марта 1899 г. Ялта.
23 марта.
Милая Маша, поблагодари Гликерию Николаевну и передай в ответ, что я едва ли успею написать что-нибудь новое; но передо мной на столе лежат целые горы рассказов, которые я приготовляю для Маркса; я выбрал две небольшие штучки, напечатанные уже давно, очень, очень давно и забытые, так что они могут сойти за совершенно новые. Я велю переписать их и пришлю на сих днях, ты передай, — быть может, сгодятся.
Очень рад, что мамаша выздоровела. Она в каждой малейшей дурноте, в каждой боли видит удар — и совершенно неосновательно; только пугает себя и других. У нее не может быть удара.
Я целый день занят, вздохнуть некогда. Чувствую себя свободным только утром, когда встаю и пью кофе, от 7 до 9, а потом начинается толчея, приходит почта, звонит телефон и проч. и проч. Пора бы уехать в Москву. Ты как-то писала, что мамаша поедет в Мелихово 4 апреля. Лучше бы она подождала меня в Москве, поехали бы вместе, втроем.
Постройка подвигается. Коробов кое-что снял.
Приехал Жорж. Послезавтра уезжает.
Нового ничего, будь здорова, кланяйся мамаше и всем.
Твой Antoine.
Рассказы, которые я пришлю для Г<ликерии> Н<иколаевны>, не вошли еще ни в один из сборников и совершенно неизвестны миру.
2695. Н. М. ЕЖОВУ
24 марта 1899 г. Ялта.
24 март.
Дорогой Николай Михайлович, посылаю письмо от Епифанова, которое при случае возвратите мне. Вы видите, что Еп<ифанов>у не хочется в Ялту, и если Вы писали мне об "улыбке прощальной", то относились к делу, так сказать, субъективно. Итак, оставьте его в Москве. В Ялте ему будет скучно, жутко; рябиновой здесь нет, делать нечего, заработков никаких. Я в апреле уеду, и он, как истый москвич, почувствует себя заброшенным. Впрочем, предоставьте ему поступить, как он хочет.
Он спрашивает про условия. Какие ему нужны условия? Он будет жить в Ялте, за него будут платить (квартира и стол), вот и всё. Если он устроится под Москвой, то будет получать по 25 р. в месяц.
Из присланных трех рассказов два, конечно, не сгодились, ибо они уже помещены в сборниках; лучше бы Еп<ифанов> переписал те рассказы, которых у меня нет в книжках. Помнится, в "Развлечении" есть рассказ, герой которого носит фамилию Нечистотова. Напечатан при Насонове. Скажите Еп<ифанову>, что я подписывался еще так: "Брат моего брата". Если же ему трудно писать, то ничего не говорите. Медиц<инское> свидетельство никому и ни для чего не нужно; напрасно только потратился человек на марку.
Будьте здоровы. Крепко жму руку.
Пишите, как и что.
Ваш А. Чехов.
2696. А. Ф. МАРКСУ
26 марта 1899 г. Ялта.
26 марта.
Многоуважаемый
Адольф Федорович!
Возвращаю Вам с благодарностью журналы "Сверчок" и "Зритель". Я переписал то, что нужно, и теперь прошу Вас выслать мне таким же образом, если это возможно и не особенно затруднит Вас, "Сверчок" за следующий год и "Сатирический листок" (1883, Москва), а также "Спутник", издававшийся в Москве в восьмидесятых годах очень недолгое время.
В вышедшем на днях сборнике в память Белинского помещены три моих рассказа. Будьте добры, сделайте распоряжение, чтобы переписали рассказ "Неосторожность", и присоедините его к тем рассказам, которые я уже послал Вам.
С середины апреля я буду уже дома, в Московской губ<ернии> (Лопасня Моск. г.), в мае, вероятно, побываю в Петербурге.
Позвольте пожелать Вам всего хорошего и пребыть искренно Вас уважающим.
А. Чехов.
2697. Г. М. ЧЕХОВУ
26 марта 1899 г. Ялта.
Милый Жорж, я собрался ехать на пароход, но пришли три оболтуса приглашать на литерат<урный> вечер, сидели полчаса, и когда я поехал на мол, то пароход уже ушел.
Как ты доехал? Напиши, пожалуйста, поподробнее. Вчера после твоего отъезда весь вечер сидели у меня гости; сегодня вечером я сам иду на заседание комиссии — и так верчусь как белка в колесе.
Когда вернется П. Ф. Иорданов, то не замедли написать мне. У меня к нему есть дело.
Твоей маме, Сане, Лёле и Володе привет. Жму руку. Будь здоров.
Твой А. Чехов.
26 марта.
На обороте:
Таганрог.
Его высокоблагородию
Георгию Митрофановичу Чехову.
Конторская ул., с. дом.
2698. М. П. ЧЕХОВОЙ
27 марта 1899 г. Ялта.
27 м.
Милая Маша, посылаю тебе с Николаем Ивановичем рассказ для Федотихи. Посылаю один, а не два, потому что другой не сгодился. Новый писать положительно некогда, да и надоело. Тут же при письме найдешь окладной лист, из которого увидишь, сколько государств<енного> налога приходится платить за Кучукой; увидишь, что фамилия прежнего владельца — Цемке.
Здесь я получил повестку: требуют с меня квартирный налог за 2 комнаты, которые я здесь занимаю. В ответ я подал заявление, что постоянную квартиру я имею в Москве, за которую и плачу налог, а в Ялте проживаю временно. Это имей в виду, и когда будешь платить квартирный налог, то плати (если это можно) от моего имени, так как на самом деле ведь я плачу за московскую квартиру.
Ты спрашиваешь в письме, могу ли я дать за дом 12 тыс<яч>. Теперь я могу дать всё, что лежит у Юнкера, а в декабре хоть 20 тыс<яч>. Если не хватит, можно взять взаймы до декабря за небольшие проценты.
Март здесь вышел плохой. Холодно, пасмурно; светлые дни редки. За постройку я уже уплатил 2 тысячи, каждый день плачу за что-нибудь кому-нибудь, и сколько у меня осталось на текущем счету — не знаю. Тысяч десять, вероятно, придется растранжирить зря.