Альтшуллер в Москву не поедет.
Получил письмо от Мейерхольда. Пишет он хорошо, даже талантливо отчасти, и лучше, чем писал раньше. Ему бы следовало сотрудничать в газетах.
У нас в Ялте появился новый артист, некий доктор Балабан. Писал я тебе о нем? Читает великолепно, мои рассказы жарит прямо наизусть. И актер он, по-видимому, хороший, настоящий. Я советую ему поехать в Москву, показаться Немировичу.
Сегодня от тебя нет письма! Бессовестная!!
Опять в Ялте чудесная погода. Сегодня сидел на лавочке в саду и дышал.
Ну, моя радость, целую тебя крепко. Не забывай меня, вспоминай, крокодильчик мой, за это я тебя вознагражу. Обнимаю, дуся!
Твой Antonio.
Я выписал "Театр и искусство".
Немировичу я послал письмо. О пьесе его писал немного, но ласково, в том смысле, что она, пьеса, имела успех и что на этом свете всё обстоит благополучно.
3607. Вл. И. НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО
31 декабря 1901 г. Ялта.
Поздравляю, шлю всем дружеский привет и от души желаю Художественному театру девятьсот третий встретить уже на новоселье.
Чехов.
На бланке:
М<о>ск<ва>. Худож. театр.
Немировичу-Данченко.
Письма за 1902 год.
3608. К. Д. БАЛЬМОНТУ
1 января 1902 г. Ялта.
1 янв. 1902.
Милый Константин Дмитриевич, с новым годом, с новым счастьем, с новыми капризами молодой, красивой, сладострастной музы! Да хранит Вас небо!
При Вас я похварывал понемножку, крепился, но едва Вы уехали, как я заболел, стал плевать кровью, похудел, как Фофанов; не выходил из дому всё время; теперь меня кормят на убой, лечат, и я поздоровел.
Из Ваших книг у меня имеются: 1) "Под северным небом"; 2) Шелли, вып<уск> 2-й и 7-й (Ченчи); 3) "В безбрежности"; 4) "Тишина"; 5) Кальдерон, т. 1; 6) "Таинственные рассказы"; 7) По Эдгар, т. 1.
За книгу всей душой благодарю. Я теперь не работаю, а только читаю, и завтра-послезавтра примусь за Эдг. По.
В деревне скучаете? Нет? В Ялте чудесно, совершенно летняя погода, и это скверно. Всю ночь кричат коты, воют собаки, снятся могильные склепы, а днем ярко светит солнце и томят воспоминания, скучно по холоде, по северным людям.
Жена обещает приехать в конце января. Приехала сестра на праздники. У Толстого я не был, но на днях, впрочем, буду и спрошу и ответ его сообщу Вам. Пока слышал, что Вы произвели на него хорошее впечатление, ему было приятно говорить с Вами… Так я слышал.
Нового ничего нет. Всё по-старому. Будьте здоровы, счастливы, веселы и не забывайте, что в Ялте проживает человек, неравнодушный к Вам, и хоть изредка пишите.
Ваш душой А. Чехов.
Передайте Вашей жене мой привет и поздравление с новым годом.
Напишите Скорпионам, чтобы они непременно выслали мне книжку, когда выйдет.
3609. H. В. АЛТУХОВУ
2 января 1902 г. Ялта.
2 января 1902.
Многоуважаемый
Николай Владимирович!
"Анатомию зубов" сегодня получил, приношу Вам сердечную благодарность. Теперь я у Вас в долгу. Поздравляю Вас с новым годом, с новым счастьем, желаю Вам от всей души здоровья, веселого настроения и исполнения Ваших желаний. Главное, чтобы Ваши почки перестали пошаливать, чтобы удельный вес был по крайней мере 1018.
А мое здравие становится всё лучше и лучше. Хотел было сегодня ехать к Толстому, да холодно, не пускает сестра.
Еще раз большое спасибо! Если не забудете Вашего обещания, пришлите мне из Москвы (как только вернетесь туда) и другие Ваши труды, то будет совсем хорошо. Будьте здоровы!
Ваш А. Чехов.
3610. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
2 января 1902 г. Ялта.
2 янв. 1902.
Милая, славная, бесподобная моя жена, вчера получил от тебя унылое письмо, а сегодня — ничего! Ты стала манкировать, очевидно загуляла на праздниках. Ах, как кисло без твоих писем! Третьего дня я послал в Художеств<енный> театр поздравительную телеграмму, с новым годом, длинную, но на имя Немировича, а так как Немирович, по газетным слухам, уехал за границу, то боюсь, моя телеграмма не получена. Узнай, дуся!
Отпустят ли тебя хитрецы в конце января? Ой, смотри, надуют! Роль в "Одиноких" отдай Роксановой, тогда у них будет больше пьес в твое отсутствие. Вообще ты очень часто играешь, без отдыха, а это нехорошо. Нездорово и для тела, и для души. Нужно бы играть не чаще 2 — 3 раз в неделю.
Дуся, красивая женщина, золотая моя, опиши мне спектакль, какой будет у вас для врачей. Читал, что будто врачи хотят дать вам обед, как бы в благодарность. Правда ли это? Постарайтесь, играйте получше, и пусть няньку Самарова играет.
Хотел сегодня пойти в город постричься и голову вчера помыл для этого, но холодно, всего три градуса тепла. Придется отложить.
Я каждый день, просыпаясь и ложась спать, думаю про свою жену. Думаю, думаю…
Целую тебя, обнимаю, ласкаю, целую руки, глажу тебя всю. Будь здорова, голубчик мой, пиши мне.
Твой муж Antoine.
3611. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
3 января 1902 г. Ялта.
3 янв. 1902.
Сегодня пришло сразу два письма, дусик мой. Спасибо! И мать получила письмо от тебя. Только напрасно ты плачешься, ведь в Москве ты живешь не по своей воле, а потому что мы оба этого хотим. И мать нисколько на тебя не сердится и не дуется.
Сегодня я постригся! Был в городе в первый раз после болезни, был, несмотря на мороз ( — 2°), и остриг голову и бороду — это на случай твоего приезда. Ты ведь строгая, надо иметь приличный, благовоспитанный вид.
Маша наняла кухарку. Я, можно сказать, ничего не пишу, ровнехонько ничего! Не огорчайся, всё успеется. Ведь я написал уже 11 томов, шутка сказать. Когда мне будет 45 лет, тогда напишу еще 20 томов. Не сердись, дуся, жена моя! Я не пишу, но зато столько читаю, что скоро стану умным, как самый умный жид.
Теперь январь, у нас начнется отвратительная погода, с ветрами, с грязью, с холодом, а потом февраль с туманами. Положение женатого человека, у которого нет жены, в эти месяцы особенно достойно сожаления. Если бы ты приехала, как обещала, в конце января!
Горький в мрачном настроении, нездоров по-видимому. Сегодня придет ночевать.
Чувствуешь ли ты, собака, что я тебя люблю? Или тебе всё равно? А я жестоко люблю, так и знай. Ну, славная моя жена, немочка, актрисуля, будь здорова, богом хранима, покойна, неутомима, весела. Целую тебя и обнимаю.
Твой муж Антон.
3612. К. С. АЛЕКСЕЕВУ (СТАНИСЛАВСКОМУ)
4 января 1902 г. Ялта.
4 янв. 1902, Ялта.
Дорогой Константин Сергеевич, Таганрогская городская библиотека (она же музей) обратилась ко мне с просьбой — добыть и прислать ей Вашу фотографию, как учредителя и директора Художественного театра. Будьте добры, помогите мне исполнить эту просьбу. На фотографии (на лицевой стороне) Вы распишитесь — "К. Алексеев-Станиславский, Художественный театр, такого-то года и числа" — и затем пришлите мне, а я уже вышлю в Таганрог.
Вашу новогоднюю телеграмму получил, большое Вам спасибо! Я послал новогоднее поздравление Вашему театру, но боюсь, что оно не получено, так как послано на имя Владимира Ивановича. Горький был у меня, я отдал ему телеграмму, которая оказалась Вашею, потом долго мы говорили об его пьесе… Говорили о распределении ролей, которое прислал ему Немирович. Мне кажется, что Нил — это Ваша роль, что это чудесная роль, лучшая мужская роль во всей пьесе. А Тетерев, говорящий подолгу всё одно и то же, мне кажется, не захватит Вас. Он не живое, сочиненное лицо. Впрочем, быть может, и ошибаюсь.
Передайте Марии Петровне мой привет, поздравление с новым годом л сердечное пожелание здоровья и успехов. Я благодарен ей бесконечно, она и вообразить себе не может, как я ей благодарен и как я ее люблю.
Крепко жму Вам руку. Не забывайте меня пожалуйста.