Письма
1. Ханна Арендт Карлу ЯсперсуГейдельберг, 15 июля 1926
Уважаемый господин Профессор,
Надеюсь, Вы разрешите мне воспользоваться Вашим предложением и обратиться к Вам с вопросами и в письме. После предыдущего семинара некоторые идеи о возможном философском толковании истории остались для меня не совсем ясными1.
Я могу судить об истории только с той точки зрения, которой придерживаюсь сама. Мое абсолютное сознание пытается постичь абсолютное сознание, сохраненное для нас в трудах предыдущих эпох. То есть: я стараюсь истолковать историю2, понять все, что в ней отражено, обращаясь при этом к тому, что мне уже известно по моему собственному опыту. То, что с этой точки зрения для меня понятно, я принимаю, что нет – отвергаю. Если я правильно понимаю Ваши взгляды, передо мной встает следующий вопрос:
Если принять такое понимание интерпретации истории, как можно узнать из истории что-то новое? Не превратится ли история в череду иллюстраций, сопровождающих то, что я хочу сказать и, более того, уже и так знаю, вовсе не обращаясь к этой истории? Погружение в историю в таком случае означало бы лишь поиск прииска, богатого подходящими примерами3.
С глубоким уважением,
Ханна Арендт
1. В течение летнего семестра 1926 г. Я. вел семинар «Шеллинг, в особенности философия мифологии и откровения». Из п. 110 следует, что именно этот семинар стал поводом для написания письма.
2. Комментарий, добавленный рукой Я.: «не истолковывать, а взаимодействовать».
3. Я. часто отвечал на подобные вопросы на семинарах. Поэтому письменный ответ отсутствует.
2. Ханна Арендт Карлу ЯсперсуГейдельберг, 10 октября 1928
Уважаемый господин Профессор,
боюсь, вчера мне не удалось убедить Вас в том, что я со всей серьезностью отношусь к научной чистоте и порядочности, поэтому позвольте еще раз уверить Вас, что я непременно еще раз проверю работу со всей тщательностью, вне зависимости от того, сколько времени это отнимет1.
преданная
Вам
Ханна Арендт
1. Х. А. имеет в виду критические замечания Я. о недостатках ее диссертации («Понятие любви у Августина. Опыт философской интерпретации»). К тому времени работа была не завершена. Несмотря на это, Я. допустил ее к защите. Устный экзамен состоялся 26 ноября 1928 г. Отзыв Я. на диссертацию, которую он предложил оценить на три балла, изложен в следующем заключении:
«Философская интерпретация Августина требует способности замечать при чтении этого по большей части риторического и проповеднического текста мысленные структуры и возникающие изнутри этих структур сверкающие жемчужины, в которых явлена концентрированная мысль. Старательный читатель сталкивается с истинным предметом работы лишь время от времени. Автор диссертации обладает этой способностью. Она не просто обнаружила и собрала все, что Августин говорит о любви, но решила отказаться от некоторых значительных идей, например, о любви и познании и от назидательных выражений. Она поставила перед собой задачу ограничить набор мыслительных структур, точнее выразить и проанализировать их. Работы, вроде труда Маусбаха (об этике Августина), объединяют в себе множество материалов, а потому уравнивают и смягчают их, здесь же автор проводит четкие границы, а взгляды, которых придерживается Августин внутри этих границ, предстают со всей остротой.
В трех частях работы изложены идеи Августина о понятии любви в соотношении с тремя различными источниками ее происхождения: мыслью о смерти, которая лишает смысла земной appetitus; мыслью о подлинном бытии; мыслью о единстве истории человека со времен Адама. Первая часть, самая простая, на мой взгляд совершенно прозрачна, каждый ее пункт изложен с безукоризненной тщательностью. Вторая часть, по существу более сложная и более интересная, отчасти слишком пространна, а некоторые идеи остаются непроработанными. Встречаются некоторые неточности в цитатах, которые отчасти были исправлены, отчасти нуждаются в дальнейшем уточнении. Третья часть еще не завершена, однако демонстрирует направление исследования.
Метод объективного понимания кажется несколько насильственным по отношению к тексту. Из предисловия и заключения явно следует, что недостаточно внимания уделено и серьезным изменениям во взглядах Августина в течение жизни. Решающее значение имеют не исторические или филологические интересы. Главный импульс скрыт в невысказанном: благодаря философской проработке идей автор стремится оправдать свою независимость от возможностей христианства, которые несомненно ее привлекают. Она стремится не изобразить единую систему дидактических произведений, но выявить противоречия между ними, чтобы обнаружить экзистенциальный источник этих идей.