- То есть пропажа писем пока тайна для всех? – уточнила я.
- Конечно. Разве тебя не предупредил твой шеф?
- Предупредил. Я просто уточняю. Может, мне не стоит тогда ходить? Поем одна, - замялась я.
Никогда не любила такие сборища.
- Нет. Тебе же надо приглядываться к подозреваемым, - ответил Орфей.
Мы уже стояли перед дверями, и дворецкий из белых медведей вопросительно смотрел, не понимая, открывать перед нами двери или нет.
- Их там будет меньше половины. К тому же как отнесется твоя девушка к такому заявлению? – продолжала я спорить.
- Какая? – насмешливо спросил этот Стрекозел.
- У тебя их много? Поэтому нужна еще одна, чтобы они не расслаблялись? – разозлилась я.
- Моя девушка очень понимающая. Она понимает, что это ради дела, а дело для нее прежде всего, - усмехнулся он.
- Ну, как знаешь. А потом мне опять терпеть нападки от твоих бывших и будущих.
Я зло кивнула дворецкому, и он распахнул двери.
- Постой, что ты имеешь в виду? – попытался остановить меня Орфей, но я уже входила в огромную столовую, в которой стоял шум и гам.
- Так, вы пока идите погуляйте, встретимся потом, - донеслось до меня сзади.
- Приятного аппетита, леди Мрак, - сказал Йен.
- Спасибо, - обернулась я.
Малыш со Снежариком наперегонки бежали по коридору.
Орфей подставил мне локоть, и мы пошли к своим местам.
- Ах, моя девочка. Как я рада тебя видеть! – раскинув руки для объятий, нам навстречу выдвинулась мама Стрекозла, фея Офелия.
Терпеть не могу объятия. Еле вытерпев, когда фея наобнимается, я кивнула отцу Стрекозла, Бурану, который скупо улыбнулся и кивнул в ответ.
- Офелия, оставь девочку в покое. Она и так чувствует себя неуютно, - сказал он.
- Да ну брось, - легкомысленно отмахнулась фея. В ее хорошенькой светловолосой головке такое никак не укладывалось. – Я так давно ее не видела. Ксана, дочка, почему ты так долго к нам не приезжала?
Я растерянно повернулась к Орфею, крылья которого виновато дрогнули. Все его эмоции я уже научилась определять по крыльям, которые его выдавали.
- Мам, и правда, давай потом, не при всех. Ты смущаешь Ксану, - отлепил меня от матери Стрекозел и усадил, наконец, на место.
И шепнул на ухо быстро:
- Я не говорил матери, что мы расстались.
Я бросила на него убийственный взгляд. Но выяснять отношения было не время и не место.
Но была возмущена до глубины души. Как можно быть таким подлым! Прикрывается мной, чтобы прикрыть свои интрижки с другими девушками.
Мне представили из незнакомых только тех, кто сидел рядом. Потому что огромное помещение и столы вмещали около трехсот гостей. Не все еще прибыли, но уже было занято больше половины мест.
Среди соседей из незнакомых оказались в том числе две девушки с допуском к письмам. Одна из них та, что я видела утром. Ею оказалась снежная фея Аврора. И она тоже украдкой бросала влюбленные взгляды в сторону Стрекозла и мило смущалась, когда он к ней обращался. А второй ведьмочка из ледяных Инеяра.
- Что она тут делает? – недружелюбно поинтересовалась она у Орфея, игнорируя меня. – Вы же расстались. Или снова сошлись?
Я с интересом покосилась в сторону Стрекозла. Его крылья на этот раз выдавали раздражение.
- Ведьма, тебя это никак не касается, - довольно грубо ответил он.
Довольно грубо для него. Потому что легкомысленный Орфей терпеть не мог ссоры и конфликты, предпочитая уходить от них.
- Касается, раз мы обе сидим за одним столом, - отозвалась она.
- Ты можешь уйти, раз тебе что-то не нравится, - откликнулся он.
- Я сижу тут по праву. А вот она?
Ну, скоро узнаешь, подумала я. Раз имеет доступ к письмам, нам предстоит встретиться один на один в кабинете, где я буду проводить допрос.
- Она наша гостья, Инеярочка, - ласково пропела мама Стрекозла Офелия. – Всё хорошо, дочка.
Инеяра бросила косой взгляд, но промолчала.
Зато когда с приветствиями, наконец, было покончено, и я потянулась к столовым приборам, они под моими руками покрылись морозной коркой, и я отдернула руки, ойкнув.
- Инеяра! Выйди отсюда! – подскочил как ужаленный фей.
В зале наступила тишина и все уставились в нашу сторону. Ведьма обиженно заморгала глазами, сглатывая обиду.
- С чего бы мне уходить?! – закричала она. – Пусть она уходит! С чего бы смертной сидеть за одним столом с нами?!
- Инеяра, Ксана Воронцова – моя гостья. Это я ее пригласил, - подал голос Дед Мороз. – Поэтому она обладает всей защитой гостя в моей резиденции. Любое действие против нее будет расценено как причинение вреда мне.