Танец подходил к концу, а за переменой мест должен был последовать финальный поклон, когда я безапелляционно заявила:
- Боюсь, что и в этом случае мое решение останется неизменным.
Музыка смолкла. Я сделала положенный реверанс и готова была уйти. Но в этот момент рядом возник Елеазар.
- Ваше Величество, соизволите ли вы подарить мне следующий танец? - произнес он, почти заглушив тихое и мрачное «Посмотрим», сказанное Астаротом перед тем, как он, кивнув, отошел.
И эта неприкрытая угроза повисла в воздухе, усилив тревогу, которая и без того терзала меня после неясных предупреждений Руслаторна.
- Ты в порядке? - тихо спросил Зар, заметив, как дрожат мои пальцы, когда я подала ему руку. - Если устала, пойдем, я провожу тебя.
Я осторожно из-под ресниц всмотрелась в его в суровое уверенное лицо со стальным взглядом ярко-голубых глаз, тонким носом с небольшой горбинкой, широким гладко выбритым подбородком, надменной складкой губ.
Насмешливый, полный сомнений и противоречий мальчишка, едва взошедший на престол Терра Вива, за десять лет нашей разлуки успел превратиться в сильного и решительного мужчину. Тем не менее, судя по нашему вчерашнему разговору, насмешливый мальчишка никуда не делся, спрятавшись под маской величия и высокомерия.
- Не устала, - пробормотала я, а заметив, что его левая ладонь все-еще перевязана тканью, виновато добавила: - Прости, что обожгла.
- Ничего, - сухо произнес он, закружив меня в танце. - Что нужно было от тебя Тианоровым отпрыскам?
Его присутствие рядом, его запах и атмосфера уверенности, которую Зар неизменно излучал, где бы ни находился, действовали на меня успокаивающе. И, несмотря на беспокойство, я слабо улыбнулась.
- От меня - ничего, так что можешь перестать бросать на них недовольные взгляды. Но им обоим нужна Мира. Один из них хочет на ней жениться, другой - защитить от первого.
Теперь справа на противоположном конце зала танцевали Эмирата и Руслаторн. На какое-то время я засмотрелась на их красивую и гармоничную пару, на плавные и грациозные движения, на лица, устремленные друг к другу. Между ними чувствовалось притяжение, которого оба они старательно избегали. И я лучше других понимала тщетность этих попыток.
Зар проследил за моим взглядом и, видимо, наши мысли оказались схожими, потому что он тяжело выдохнул и произнес:
- Кто первый, а кто второй можешь не объяснять. А почему Руслаторну самому на ней не жениться, в таком случае?
- С ним не все так просто, Зар. У них в Лимерии свои порядки. Жутковатые и странные. Младший сын Тианора вообще посоветовал мне плюнуть на заключение торговых сделок и уезжать домой. Так, словно всем нам здесь что-то угрожает.
Я почувствовала, как напряглись плечи партнера под моими пальцами.
- Думаешь, он прав? Или преследует свои интересы?
- Не знаю. Все так странно и так запутано, - устало произнесла я.
- Как и всегда, - кивнул Елеазар. - И, раз уж, ты снизошла до разговора со мной, можем ли мы продолжить обсуждение наших отношений без риска спалить Лимерийский королевский дворец?
- Нет между нами никаких отношений, - сердито буркнула я, опустив глаза, поскольку последняя фраза, сказанная им, всколыхнула раздражение, дремавшее внутри и являвшее себя миру всякий раз, как только Елеазар говорил «мы», имея ввиду меня и себя. - А те, что были - ты сам растоптал. «Любовь - это уязвимость, Тай. Король не может позволить себе быть уязвимым». - скривившись, передразнила я, желая задеть его, уколоть побольнее, заставить страдать так же, как страдала сама.
- Я был дураком, Тай, - устало согласился он. - Сколько раз я должен повторить это, чтобы усмирить твою уязвленную гордость?
Наш танец болезненно напоминал мне, как мы точно так же вальсировали в королевском дворце Терра Вива. Когда нас еще не разделяли свадьбы, дети и сотни ненужных условностей. Когда все еще можно было исправить.
- Тысячу, - фыркнула я. - И к слову «дурак» добавь «упрямый» и «самовлюбленный».
- Я был бы самовлюбленным, если бы не влюбился в одну взбалмошную эгоистку, - беззлобно отозвался он, а его рука на моей талии сдвинулась на пару сантиметров, вызвав приятное чувство щекотки. - Но насчет «упрямого» ты права, поэтому не удивляйся, когда я все-таки своего добьюсь.
Танец подошел к концу и после финального поклона Зар неохотно выпустил мою руку из своей и сопроводил на отведенные нам места.
И каково же было мое удивление, когда там не оказалось ни Миры, ни Астарота, ни Руслаторна. Король в гордом одиночестве попивал вино из золоченого кубка, предложив выпивку и нам.
Я выпила терпкий напиток, обжегший горло и закашлялась. С большим удовольствием я променяла бы его на стакан прохладной воды, но выбора мне никто не предлагал.