- Но как мы можем... - начала я, но он остановил меня, снова коснувшись пальцами моих губ.
- Тссс, Тай, не говори ничего, - шепнул он с улыбкой. - Пока мне достаточно только этого огонька в твоих глазах и того, что ты мне поверила. И не переставай верить, пожалуйста. Прошу тебя, позволь мне исправить то, что разрушил. Я все решу, просто не сомневайся во мне.
Его взгляд был нежным, чувственным, откровенным, а от произнесенных слов перехватило дыхание. Словно в мгновение рухнули стены, которые я старательно возводила вокруг себя, в стремлении защититься от новой боли, которую Зар мог мне причинить.
В тишине было слышно участившееся биение его сердца. Или это грохотало с ним в унисон мое собственное? Внутри разлилось чувство пустоты, словно я сама стала легкой, как перышко. Мы были так близко и, в то же время, мне хотелось стать еще ближе.
Голубые глаза, Елеазара потемнели, позволяя мне рассмотреть собственное отражение в расширившихся зрачках, где сверкали желтые искорки, свидетельствующие о драконоборческом даре. Взгляд его стал серьезным, в ожидании моего ответа.
- Хорошо, - произнесла я шепотом.
И, словно мой ответ был не столько обещанием, столько разрешением, его горячая ладонь мягко коснулась моего затылка, запустив пальцы в волосы, заставляя склониться ниже к его губам, и я не смогла бы точно ответить, кто из нас первый кого поцеловал. Сначала нежно и трепетно, словно не веря, потом - со страстью, нарастающей с каждым мгновением.
Мои дрожащие пальцы, пробравшись под камзол, лихорадочно сжимали тонкую ткань его сорочки, словно боясь, что он может исчезнуть в одно мгновение, растаять в воздухе, а произошедшее окажется лишь приятным, но не имеющим отношения к реальности, сном.
Но Зар не собирался исчезать. Его жесткие губы жадно, с отчаянием, сминали мои и меня испугала сила желания, вспыхнувшего в одно мгновение, заставив отстраниться и увидеть его лицо в голубоватом лунном свете, падающем из высокого окна. Широко распахнутые глаза, четко очерченные скулы, чуть приоткрытый рот, широкую грудь, вздымающуюся от участившегося дыхания.
- Мы не можем...постой... может зайти Мира... - пробормотала я неуверенно.
- Двери охраняют гвардейцы и до утра нас никто не потревожит, - горячо прошептал Зар, снова накрывая мои губы своими, пока его пальцы ловко освобождали мои волосы от тяжелых шпилек.
И я позволила себе поддаться вожделению, раствориться в нем. Словно во всем мире, скрытые сумраком ночи, остались лишь я и Зар, и больше не было ничего, что могло бы нам помешать. Сотня мелких застежек на корсете платья расстегнулись с негромким щелчком и тихий стон вырвался из моей груди, когда он коснулся обнаженной спины.
Он целовал мою шею, спускаясь к груди, шепча мое имя снова и снова, пока я торопливо стягивала его одежду, сгорая от потребности коснуться губами его кожи с перекатывающимися под ней выпуклыми мышцами, черных узоров на его левом плече и плоского живота.
Спустя мгновение, мое пышное платье оказалось на полу вместе с одеждой Зара, возвышаясь в темноте бесформенной грудой, а сам он, опрокинул меня на спину и приподнявшись на руках, склонился сверху, замерев на долю секунды.
Я легко дернула за ленту, стягивающую копну его длинных светлых волос и они рассыпались шелковистой волной, сверкая в лунном свете. Чувства взяли верх над нами, не оставив места для сомнений. Лишь дрожь желания, тихие стоны и короткие рваные вдохи и выдохи. Первобытная потребность выгибаться ему навстречу и сходить с ума от запаха моря и песка. Слова нежности, обещания и клятвы, произносимые прерывистым шепотом. Неистовое биение сердца и переплетенные пальцы. Капли испарины на горячей коже и распухшие от поцелуев губы.
Мы уснули под утро, не разрывая крепких объятий и, казалось, не успели сомкнуть глаз, как солнечные лучи уже возвестили о начале нового дня, вырывая из ночного сумрака следы беспорядка в спальне, смятую постель и разбросанные предметы одежды. Наши волосы спутались во сне – его светлые и мои темные, соединив нас, словно единое целое.
Осторожно вынырнув из-под руки Зара, чтобы не потревожить его сон, я обнаружила, что мои опасения напрасны. Вивианский король бодрствовал, задумчиво разглядывая фрески на потолке. Он улыбнулся мне, отчего в его глазах снова сверкнули желтые искорки.
- Моя Тай, - поприветствовал меня он и от пары слов, сказанных хрипловатым ото сна голосом, от непередаваемого ощущения того, что моя безграничная любовь к этому человеку взаимна, я почувствовала себя самой счастливой на свете.
- Ты тоже только мой, - прошептала я, легко целуя его подбородок, поскольку дотянуться выше не получилось.