Во-первых, выяснилось, что ехать придется в странных двухместных повозках, напоминающих тильбери, запряженных саблезубыми тиграми, управлять которыми могли, к сожалению, лишь избранные. В связи с этим нам пришлось разделиться. Король Тианор уже занял место в первом экипаже рядом с Елеазаром, в то время как места рядом со мной и Тайрой пустовали.
Во-вторых, к моей повозке, уже уверенными шагами приближался Астарот. Лимерийские солдаты, охраняющие процессию верхом на лошадях, расступались перед принцем, а особо нерасторопных он смело расталкивал локтями. Лошади в ответ на подобную дерзость недовольно ржали, в отличие от воинов, вынужденных помалкивать.
Прогулка предстояла долгая и я успела подумать о том, чтобы сказаться больной или потерять сознание прямо у экипажа, после чего взяла себя в руки и смирилась с неизбежным. Приложила все силы для того, чтобы стереть с лица выражение недовольства и легкой паники. Гипнотизировала лимерийского принца взглядом, пытаясь замедлить время, оттянуть неприятный момент нежеланной встречи.
Пара огромных серебристых тигров, впряженные в повозку, вопреки ожиданиям, не проявляла агрессии. Звери стояли спокойно и тихо, иногда переминаясь с лапы на лапу, пофыркивали, шевелили пушистыми хвостами. Но я все равно ерзала на мягком сиденье, не сумев избавиться от мыслей, что одна такая зверюга может без особого труда убить человека.
Вероятно в этот момент судьба все же решила повернуться ко мне передом или просто предоставила возможность надышаться перед смертью, потому что Астарот неожиданно остановился, чтобы отчитать одного из солдат, оказавшегося слишком медлительным и неповоротливым, чтобы вовремя отскочить. Всей его гневной тирады я не расслышала. До меня долетели лишь отдельные слова «безмозглый», «тупица» и «неуклюжий разиня», произнесенные на всеобщем, пересыпанные отборной нецензурной бранью на лимерийском. И я настолько заслушалась, что вздрогнула, от неожиданно раздавшегося рядом:
- Ваше сердце стучит так, что под его ритм можно танцевать гальярду.
Лениво облокотившись о прочный деревянный каркас тильбери, давешний рыбак тоже с интересом наблюдал за маленьким представлением, устроенным наследником короля. Он был столь же дорого одет, как и прежде, чисто выбрит и пах ветивером и кедром. Не будь я так напугана и расстроена, точно не упустила бы тот момент, когда он оказался рядом.
- К сожалению, вместо танцев меня ждет экскурсия, присутствовать на которой я не имею ни малейшего желания, - рассматривая его, поведала я.
- Вам так не нравится Форлонд? - изумился собеседник, приподняв широкие брови.
- Нет. Скорее, экскурсовод.
Наверное, не стоило говорить эту фразу, но она вырвалась как-то сама собой и я внимательно посмотрела на мужчину, ожидая, что он рассердится из-за моего нелестного мнения о лимерийском принце. Но вместо этого он криво усмехнулся и задумчиво произнес:
- В таком случае, я вполне могу это исправить.
И в мгновение ока он оказался на мягком сиденье рядом со мной, за пару мгновений до того, как Астарот, еле скрывающий раздражение, подошел к моему экипажу. Я была вынуждена затаить дыхание, приготовившись к тому, что он отчитает и меня и моего странного нового знакомого точно так же, как только что ругал нерасторопного солдата. Но этого не произошло.
- Приветствую, госпожа Эмирата, - поздоровался принц со мной, а его улыбка очень напоминала оскал. - Это место моё, - зло заявил он, с прищуром глядя на моего спутника, сидящего рядом с невозмутимым видом.
Но дерзкий рыбак лишь не менее дерзко хмыкнул и, окинув Астарота равнодушным взглядом, произнес:
- Боюсь, что здесь как на королевском троне: кто успел, тот и сел. И сегодня успел - я.
После этого между ними возникла молчаливая дуэль взглядов и я все это время боялась выдохнуть. Кем бы ни был мой новый знакомый, он в любом случае рисковал навлечь на себя гнев монарших особ, потому что не было в Лимерии кого-то важнее короля и его наследника. Их власть была безраздельной и неограниченной. Никто, даже шаманы, не осмеливался им перечить. И тем удивительнее было вскоре услышать от Астарота недовольное:
- Пусть так.
Зловещая ухмылка на его хищном лице говорила о том, что сдаваться он не намерен, лишь временно отступает, давая фору противнику. Принц сверкал глазами и хмурил брови, продолжая устрашать меня одним своим присутствием. Тем не менее, это была, хоть маленькая, а победа. Но я смогла выдохнуть и расслабить напряженные мышцы, лишь когда Астарот отошел.
- Так лучше? - отреагировал мой спутник на мой облегченный вздох.
- Наверное, - неуверенно отозвалась я, провожая взглядом лимерийского принца.