– В честь тебя нарядилась, – говорит Роберт, подмигивая.
– Привет, Беллс.
Мне хочется ее обнять, но Беллс не очень это любит. Вместо этого мы обмениваемся рукопожатием, после чего она ласково ударяет меня по плечу.
– Вот и хорошо, – произносит она.
Я беру в руки сумку.
– Я привезла тебе оливки и сырное печенье, а Эдди просил передать тебе этот имбирный кекс.
– Эдди из гастронома. – Она наклоняется вперед и забирает у меня подарки. – Спасибо, Кэти.
Беллс ведет меня наверх. На ее двери висит большая табличка «НЕ МЕШАТЬ», а также бесчисленные футбольные стикеры, многие из которых уже еле держатся. Ее комната маленькая, с кроватью в углу, и, в отличие от кухни, вся заполнена рисунками, стикерами, постерами, вырезками из газет. Я прохожу на цыпочках между нарисованным на полу флагом «Джек Юнион» и постером «Добро пожаловать в АНГЛИЮ».
На стенах я вижу знакомые постеры Боба Марли с «косяком» в зубах и «Битлз», которые висели в ее лондонской спальне. Я сажусь на краешек кровати. На столике лежат ингалятор и фотоальбом.
– Как мама? – спрашивает она, садясь рядом со мной. Дыхание со свистом вырывается из ее груди. Я беру ее ингалятор.
– Ей гораздо лучше.
Я встаю и подхожу к окну. Там блестит море.
– Беллс, ого! – вздыхаю я. – Какой у тебя вид. Красота!
Тяжело дыша, она подходит ко мне.
– Тебе нравится море? – спрашивает она, довольная моим восторгом.
– Я люблю море. Мне даже хочется уехать из Лондона, – отвечаю я и поворачиваюсь к ней. – Ну что, давай погуляем?
Тепло, но, как предсказывал Тед, над нами висят темные тучи. Мы идем по светлому песку. Я зачерпнула горсть песка и просеиваю его между пальцами, словно кристаллы сахара. Беллс идет впереди.
– Ты купаешься летом? – спрашиваю я, догнав ее.
– Нет, слишком холодно.
Мы долго идем по берегу, и наконец я предлагаю где-нибудь посидеть. Так хорошо смотреть на море. Вокруг нас ни души, тишина, лишь где-то кричат чайки.
– Как папа?
– Все в порядке. Чуточку устает от маминых команд. – Я ласково толкаю Беллс.
– Точно. – Она задумчиво кивает. – Бедный папа. А как ты?
– Я вернулась в Лондон, живу у Эммы.
– Как Эмма?
– Все нормально. Готовится к свадьбе.
– Как Сэм?
– Не знаю. Я не видела его. Ты получила мое последнее письмо?
– Да. Как тетя Агнес?
Мы с Беллс устраиваемся на песке и перебираем всех наших родных и знакомых, потом встаем и идем назад. Она показывает мне сад, грядки и все прочее, и я вижу, что она гордится всем. Это ее территория, ее мир, в который я ненадолго вошла. В гостиной стоит пианино.
– Тед играет на пианино, – говорит она мне. – Бедный Тед, – добавляет она, нажав на клавишу.
– Почему бедный?
– Очень одинокий, у него нет семьи.
Если бы кто-то сказал про Беллс, что она бедная, она бы возмутилась, но я заметила, как часто она называла так других. Вероятно, когда она чувствует себя благополучнее тех, кто рядом с ней, ее это успокаивает.
– Теда никто не навещает, – подтверждает Роберт, держась за дверную ручку. Вероятно, он слышал наш разговор. – Я работаю здесь двенадцать лет, и к Теду никто не приезжал. В такое трудно поверить, но некоторые семьи оставляют здесь своих детей. Просто спихивают их сюда.
– Какой кошмар, – восклицаю я с ужасом. Я все яснее понимаю, какие дружные у меня родители, какими они всегда были сильными. Они никогда бы не отказались от Беллс, да им это просто не пришло бы в голову. Еще это заставляет меня осознать, как я не хотела бы оказаться в той же категории, что и семья Теда, – в роли равнодушной сестры.
– Да, это мрак, – соглашается Роберт, стуча ногой по полу. – У нас все любят Теда, и его родные просто не понимают, чего они лишаются. Он всем помогает.
– Тед – чемпион по прыжкам на батуте, – добавляет Беллс. Она поворачивается к коллекции видео, лежащей на полке рядом с телевизором.
– Значит, ты работаешь здесь двенадцать лет? Большой срок.
– Да, и я не уезжал отсюда ни на день.
– Не может быть!
– Ну, может, отлучался раз или два, но мне тут нравится. Здесь работал мой отец, так что у нас это потомственное занятие. Не представляю, что еще я мог бы делать.
– Ты мог бы поехать куда-нибудь в отпуск, не так ли?
Он улыбается.
– Да, возможно, но я даже не знаю, куда я бы поехал.
– Ты видела фильм «Поменяться местами»? – спрашивает у меня сестра.
– Мне нравится этот фильм, – говорю я. Мы с Робертом подходим к Беллс. Я рассматриваю через ее плечо DVD-диски. – О-о, «Тутси»!