Он старался не докучать ей и встречал её чаще совершенно случайно, когда она приходила к королю, принося тому чай или снадобья. И Ван Со всякий раз, отрываясь от бумаг, пристально следил за ней, подмечая любую мелочь в её внешности и поведении, которая свидетельствовала о том, что его Су возвращается к жизни и вновь учится радоваться ей, пусть и крайне медленно.
После той памятной встречи на берегу озера Донджи, где Ван Со признался Хэ Су в том, что убил старшего брата и она долго утешала его, пока он рыдал в её объятиях, их отношения неуловимо изменились. И Хэ Су больше не шарахалась от него, не стремилась избежать разговора, не отводила взгляд.
Она с тихой покорностью следовала за ним по дорожкам вдоль озера, когда он приглашал её на прогулку, большей частью отмалчивалась и ступала чуть позади него, но всегда откликалась на вопросы, улыбалась туманной лунной улыбкой и благодарила за новые целебные травы или цветы, что он ей дарил. Чем особенно дорожил Ван Со, так это тем, что Хэ Су не возражала, когда он поддерживал её, стоило ей оступиться из-за больного колена, которое мучило её в дурную погоду или из-за переутомления.
Больше принц ни разу не порывался обнять Хэ Су, поцеловать или напомнить о своих чувствах. Он боялся нарушить то хрупкое доверие, что связало их после кончины Тхэджо, и заставлял себя сдерживаться, что подчас давалось ему очень нелегко, особенно когда Хэ Су смотрела ему прямо в глаза и улыбалась, озаряя его душу своим медовым светом. В такие минуты его невыносимо тянуло к ней и он сжимал кулаки, вынуждая себя бездействовать, хотя ему до боли хотелось прижать её к себе, как прежде, и целовать, вдыхая запах её волос и нежной, свежей кожи, пахнущей лотосом и чем-то таким родным, без чего он себя уже не осознавал.
Хэ Су была ему нужна как воздух, и он не собирался от неё отказываться или давить на неё и терпеливо ждал. Ждал, когда она привыкнет к нему, перестанет бояться, поймёт, что он не угроза её покою, а наоборот – её надёжная защита перед королём, принцами и всем миром, пусть для неё этот мир и ограничивался крепостной стеной дворца.
Ван Со не оставлял надежды подарить Хэ Су свободу, когда она будет готова к этому, но она молчала. И он молчал, веря в то, что однажды всё изменится. Нужно только дать ей время, а самому набраться терпения.
Жаль, что два месяца назад, незадолго до нового года, кидани возобновили свои набеги на границы, и Ван Му отослал их обоих – генерала и четвёртого принца – навести там порядок. Вот только их миссия затянулась и неожиданно превратилась в бесконечное боевое дежурство в этой крепости, где приходилось постоянно отбивать атаки противника.
Перед отъездом Ван Со из Сонгака Хэ Су вышла проводить его. Она скромно стояла в стороне, пока принц с другими военачальниками получал последние распоряжения короля, сам отдавал приказы и следил, как войско покидало дворец через узкие ворота. И всё время, что Ван Со ходил по двору, он чувствовал всей кожей её тёплый внимательный взгляд. А когда сам сел на коня и, обернувшись к Хэ Су, помахал ей рукой, её ответная улыбка наполнила его такой радостью и надеждой, что это тепло до сих пор согревало его, даже в эту снежную зимнюю ночь на дальнем рубеже, открытом неприятелю.
Если Хэ Су пришла проводить его и так на него смотрела, неужели она не ждала его, и это было лишь мечтой? Нет, Ван Со отказывался в это верить! И вновь улыбался, смахивая с лица назойливые колкие снежинки, которые даже теперь казались ему теми самыми, что укрывали их с Хэ Су в поместье восьмого принца, когда они с ней вдвоём любовались первым снегом.
Как же давно это было! И он был другим, и Хэ Су тоже. Она – особенно. Но лишь бы она была.
Ван Со настолько погрузился в свои приятные мысли, что не сразу сообразил, что генерал выжидательно смотрит на него, очевидно, задав какой-то вопрос.
– Что вы сказали? – спросил принц, виновато кривя замёрзшие губы.
Генерал прищурился и с доброй усмешкой покачал головой:
– Ну, раз вы пропустили мои слова мимо ушей, то и повторять не стоит, Ваше Высочество. Я просто задам свой последний вопрос ещё раз. Почему вы, не желая отказываться от госпожи Хэ Су, никак не решитесь сделать её своей? Почему не обратились к королю, нынешнему или прежнему, за разрешением на брак? Чего вы ждёте?
В первую минуту, услышав имя той, о ком он думал прямо сейчас, Ван Со растерялся. Хотя чему тут удивляться? Во дворце все знали, причём очень давно, о его особом отношении к этой девушке. Немудрено, что и генерал Пак, при всём его кажущемся равнодушии к подобным вещам, тоже это замечал. Но в отличие от остальных, даже от короля, генерал никогда не насмехался над ним и не пытался манипулировать его привязанностью к Хэ Су в своих целях.