Ван Со даже запретил Чжи Мону сообщать кому-либо дату своего рождения, когда звездочёт заикнулся об этом, возясь с новогодними гороскопами для королевской семьи. Они тогда ещё серьёзно повздорили на этот счёт. Астроном пытался настаивать и успел-таки привести пару аргументов против странного требования, но угрожающее выражение лица четвёртого принца, а также собственный инстинкт самосохранения убедили его гораздо лучше каких-либо слов или действий.
Четвёртый принц династии Ван родился в год Петуха – этого, по мнению Ван Со, было более чем достаточно для истории и для кого бы то ни было вообще.
Однако день рождения Хэ Су – совсем другое дело! Ведь когда-то на рассвете такого же необыкновенного дня Небеса привели в этот мир ту, которая стала целым миром для него. Именно поэтому Ван Со хотелось побыть вдвоём с Хэ Су, без лишних глаз и церемоний. Ведь она принадлежала ему, и провести этот особенный день он мечтал только с ней.
Но не тут-то было! С самого утра в Дамивоне, как, разумеется, и всегда, без конца сновали служанки, лекари, посыльные и прочий люд, мешавший Ван Со поздравить Хэ Су наедине и спокойно поговорить с ней, что его дико раздражало.
И ладно бы только слуги – родной брат Бэк А просто выводил его из себя, потащив на рынок сразу после завтрака и гоняя там из лавки в лавку, как барана на выпасе, в поисках подарка. Спасибо, что хворостиной не подстёгивал!
И почему подарок на день рождения обязательно должен быть какой-то вещью? Этого Ван Со искренне не понимал, ведь гораздо дороже, на его взгляд, был какой-нибудь значимый поступок, долгожданные слова или исполнение желания. Именно поэтому он сердился, упирался, не желая рассматривать товары, и рычал на торговцев, чем несказанно забавлял вероломного Бэк А, просто лучившегося прекрасным настроением. Наверняка этот прохвост припас для Хэ Су нечто необычное и вовсю предвкушал, как подарит ей это вечером, когда она освободится от работы.
Так, собственно, и произошло. И по возвращении с рынка Бэк А не оставил Ван Со в покое: стоило солнцу упасть за горы под звуки вечернего колокола, тринадцатый принц явился в башню звездочёта и чуть ли не за шкирку поволок брата в Дамивон.
Слава Небесам, на чаепитии у Хэ Су не оказалось никого, кроме них с Бэк А, но легче Ван Со от этого не стало. Он сидел насупившись и, прячась за чашкой чая, слушал трескотню брата, который развлекал именинницу рассказами о своём недавнем путешествии по западному побережью. Язык тринадцатого принца и правда был без костей и привешен так искусно, что истории у него получались – заслушаться можно! Он цитировал поэтов, всякий раз весьма к месту, напевал отрывки из песен и забавно менял голос, подражая то старому монаху, то юной крестьянке. Не истории, а целое представление!
Хэ Су с неподдельным интересом слушала Бэк А, задавала вопросы, угощала чаем и при этом ни разу за весь вечер не подняла глаза на Ван Со, сидевшего прямо напротив неё с каменным лицом и продолжавшего злиться на всех и вся. Злился он в том числе и на самого себя, а главное – на вредного брата, который то и дело насмешливо посматривал в его сторону и не упускал возможности уколоть его, пусть и добродушно.
Ван Со молча сносил его подначки, утешая себя картинами страшной мести, которые рисовал в голове, одну изощрённее другой. Жить тринадцатому принцу оставалось… ровно до того момента, когда они выйдут отсюда. Ради этого можно было и потерпеть.
Но всё стало ещё хуже, когда Бэк А вытащил откуда-то из-под стола тяжёлый деревянный сундучок и веско грохнул его перед изумлённой Хэ Су, скользнув при этом снисходительным взглядом по напрягшемуся лицу Ван Со.
– С днём рождения! – придвигая сундучок поближе к имениннице, Бэк А весь сиял в предвкушении её реакции. – Я увидел его и сразу подумал о тебе.
Ван Со едва не скривился: слова брата неприятно резанули его, и где-то внутри на тлеющих углях ревности сверкнули язычки ожившего пламени.
И было отчего: стоило только откинуть крышку – в комнате сразу разлилось цветочное благоухание, а лицо Хэ Су озарилось такой весенней радостью, будто внутри она нашла нечто особенное. Да так оно и оказалось на самом деле. Не зря Бэк А весь день с загадочным видом задирал нос: в сундучке обнаружился целый набор разноцветных склянок и кувшинчиков. Один из них Хэ Су взяла в руки и, вынув тугую пробку, вдохнула густой аромат: