– Скажи мне, стоило ли оно того?
– Что стоило? – эхом откликнулся Бэк А.
– Ты знаешь, о чём я.
– Знаю.
– Ну так ответь мне.
Занятный у них выходил диалог. Они стояли рядом, опираясь о стену и соприкасаясь плечами, но смотрели не друг на друга, а на розовую полосу рассвета над горами, которая стремительно ширилась, отгоняя тучи и ночной мрак. И, увидев в этом доброе предзнаменование, Бэк А решил для себя, что не сдвинется с места, пока не заставит Ван Со покинуть балкон первым, чтобы хоть что-нибудь сделать.
– Ты ждёшь от меня, что я отвечу утвердительно?
– Я жду, что ты скажешь мне правду.
– Я её не знаю.
– А что ты знаешь?
– Я знаю, что вы оба просто зачахнете, если будете продолжать изводить друг друга молчанием, – Бэк А старался говорить ровно и не показать своей радости от того, что скорлупа, в которой спрятался Ван Со, наконец-то треснула. И раз уж сам четвёртый принц заговорил, и заговорил о главном, Бэк А решил не ходить вокруг да около.
– Это моя вина, – Ван Со произносил слова всё так же ровно, без всякой интонации, но ведь и не молчал!
– Да, – Бэк А не боялся его обидеть или шокировать: он этого добивался. Его брату нужна была встряска, способная выбить его из паршивого состояния добровольного угасания.
– И ты не станешь переубеждать меня? – голос Со дрогнул и стал чуть громче.
– Не стану. В том, что произошло между вами, вина целиком твоя. Но то, что заставило тебя так поступить, – это другое. Ты не можешь быть сильнее обстоятельств.
– Я должен был. И не смог.
– Хэ Су это понимает.
– Но от этого ей не легче. Я обманул её доверие и разрушил надежды, которые сам же ей дал. И мне невыносимо даже думать о том, сколько боли ей это принесло.
Услышав такую непривычно длинную для последних дней речь брата, Бэк А покосился на него. Тот по-прежнему смотрел куда-то вдаль, но уголки его губ дёргались, выдавая его злость на себя.
– Я уверен, что Хэ Су всё понимает, – мягко повторил Бэк А. – Ей просто нужно свыкнуться с этим. А тебе – поговорить с ней, а не молчать. В конце концов, небеса не рухнули на землю. Вы оба живы и свободны. И потом, принцесса Кён Хва Гён ведь станет тебе лишь второй женой, и то через много лет. Ты можешь жениться на Хэ Су.
Ван Со отрицательно мотнул головой:
– Нет, ты не понимаешь… Хэ Су, она особенная… Она не приемлет этого, не хочет так жить, чтобы делить мужа с другой женщиной и состариться, ожидая своей очереди. И я мечтал дать ей это, ведь она для меня всё равно единственная, и другая женщина мне не нужна. Но теперь… – Ван Со задохнулся и некоторое время молчал, пытаясь справиться с собой, – уже слишком поздно. Если бы можно было всё вернуть!
Он не сдержался и сорвался на стон.
– Так поговори с ней, объясни ей всё! – воскликнул Бэк А.
Но Ван Со лишь упрямо покачал головой:
– Я не знаю, что ей сказать. Мне просто нечего ей сказать.
– Тогда… напиши, – вдруг оживился Бэк А.
– Что?
– Напиши, – улыбался тринадцатый принц, удивляясь, как это не пришло ему в голову раньше. – Если не хочешь или не можешь своими словами, скажи языком поэзии!
Ван Со озадаченно смотрел на брата, а на его лице, освещённом рассветными лучами, чувства менялись с такой скоростью, что Бэк А не успевал за ними следить, но определённо видел, что внутри его брата шла внутренняя борьба, и замер, ожидая её исхода.
Спустя несколько минут Ван Со оторвался от стены и медленно прошёл мимо него в комнату, а оттуда – в библиотеку Чжи Мона. Пока он осматривал полки, Бэк А заинтересованно наблюдал за ним, стоя в дверном проёме балкона. Долго ждать ему не пришлось: довольно скоро Ван Со нашёл то, что искал, взял в руки потрёпанный томик и, усевшись за стол, придвинул к себе письменные принадлежности и лист рисовой бумаги.
Бэк А терпеливо ждал, боясь погасить огонёк, который затеплился в душе брата.
Ещё через несколько минут Ван Со встал и, подойдя к нему, протянул листок, исписанный крупным уверенным почерком:
К началу ручья дойду дорогой прямой,
Присяду, смотрю, как встают облака над горой…
Бэк А поднял голову и кивнул со светлой улыбкой радости:
– Ван Вэй, «Дом в горах Чжуннань». Я узнал, – он немного подождал, пока чернила подсохнут, и аккуратно сложил лист. – Это то, что нужно, брат! Я передам Хэ Су твоё письмо. Она всё поймёт!
Я знал: ты поймёшь, Су. И надеялся на прощение за то, что столько медлил, терзая молчанием и тебя, и себя. Я ведь тогда едва не сошёл с ума от отчаяния в поисках способа вернуть твоё доверие. Я жил, как в кошмарном сне, задыхаясь без тебя и медленно умирая… И сейчас со мной происходит то же самое. Но в ту пору я мог хотя бы видеть тебя и знал, что ты есть, моё утраченное ныне счастье…