Бэк А был прав: язык поэзии поразителен! В строках Ван Вэя скрывалось всё, что я испытывал и чего желал. Не терять надежду. Обратить время вспять. Вернуться к самому началу, к самым истокам, в те дни, когда между нами не было столько преград, хотя и те, что были, кажутся теперь ничтожными.
Я так хотел вновь любоваться снегом с тобой, или слушать твои поучения, или спорить, или наблюдать, как ты завариваешь чай… Что угодно – только бы с тобой!
Я и сейчас этого хочу. Знала бы ты, Су, как мучительно я этого хочу! Я отдал бы что угодно, чтобы вернуться к началу всего – к началу нас с тобой! И с горечью понимаю, что это невозможно…
Последняя преграда между нами оказалась непреодолимой. Но я обещаю тебе, что, как и прежде, буду искать способ вернуть тебя, встретиться с тобой, чтобы больше уже никогда не расставаться, какой бы долгой и трудной ни была дорога к тебе, моя Су!
Я обещаю и сдержу своё слово, слышишь?
***
А тучи над дворцом продолжали сгущаться.
Среди придворных поползли слухи, что Хеджон, защищая свою жизнь, убил в собственных покоях наёмника, но мало кто действительно знал, что в бреду он задушил придворную даму, которая всего лишь принесла ему успокаивающий чай из трав.
Мания преследования разгоралась на кострище его пытающего безумием сознания с нешуточной силой. Король перестал проводить традиционные собрания в тронном зале, шарахался от собственной тени и в каждом видел потенциального убийцу. Дошло до того, что он решил превратить дворец в крепость, запретив посещать и покидать его в ночное время. Любого нарушителя надлежало схватить, кем бы он ни был.
Ван Со ожил после разговора с Бэк А и письма для Хэ Су. И пусть ничего не изменилось между ними, он начал шаг за шагом возвращаться к жизни.
В эту ночь он во главе отряда охраны обходил территорию дворца. И всё было как всегда спокойно, как вдруг рядом мелькнула тёмная фигура воина с мечом в руке, поразительно напоминавшего Ван Чжона. Проследив за ним, Ван Со догадался, что его брат укрылся в Дамивоне: больше прятаться ему было негде.
Свет в спящем дворце горел только в комнатах придворной дамы Хэ. И Ван Со, несмотря ни на что, вознамерился к ней войти. Его обязывал долг, но помимо этого, его разум захлестнула ещё и жгучая ревность. Неужели Ван Чжон был у неё? Ведь она однажды говорила, что любит кого-то… И это точно был не Бэк А. А если это четырнадцатый принц? И сейчас он… в её спальне?
Едва сдерживаясь, Ван Со подошёл к покоям Хэ Су в сопровождении шести стражников.
– Он там, Ваше Высочество, – доложил ему командир отряда. – Больше ему скрываться негде. Прикажете выломать дверь?
Ван Со, сгорая в пламени ревности, не успел кивнуть: дверь отворилась, и перед ними появилась дама Хэ.
– Что здесь происходит? – холодно осведомилась она. – Вы не можете вести себя так в Дамивоне. Прошу вас уйти.
Впервые за долгое, очень долгое время Хэ Су прямо обращалась к нему, и Ван Со жадно всматривался в её черты, в которых не было ни капли чувств и эмоций. Она говорила с ним абсолютно бесстрастно и смотрела при этом прямо на него, но будто куда-то сквозь, демонстрируя полное равнодушие.
Совсем как он сам недавно смотрел на любого, кто пытался заговорить с ним. Однако Хэ Су не была для него любой. А он? Кем был для неё он?
– Человек, проникший во дворец, был замечен у входа в Дамивон, – ответил за него командир. – Мы должны всё здесь осмотреть.
– Я читала книгу и ничего не заметила, – по-прежнему твёрдо и холодно ответила ему Хэ Су, отведя ничего не выражающий взгляд от Ван Со. – Прошу вас поискать в другом месте.
Её очевидное безразличие глубоко задело принца. Мало того, что она никак не ответила на его письмо, сейчас она откровенно лгала ему в лицо, потому что скрыться Чжону было попросту негде. Представив брата в комнате Хэ Су, куда сам он ни разу не входил, Ван Со почувствовал, как его начинает накрывать волна неконтролируемого гнева, щедро приправленного всё той же безрассудной ревностью.
Ван Чжон? Чжон в её комнате? Ночью?
Неужели тогда, на побережье, говоря, что любит кого-то, она имела в виду четырнадцатого принца?
Память услужливо подсунула взбешённому своей догадкой Ван Со давний случай, когда Хэ Су бросилась защищать Чжона от напавшей на него банды однорукого простолюдина, а после так тепло обнимала спасённого принца, радуясь, что оба они остались целы и невредимы… А потом он вспомнил, как сам Чжон вместе с Уком искал Су, которую он увёз из дворца к морю… В его сознании промелькнули и другие слова и взгляды брата, адресованные Хэ Су.