– Всего лишь царапина, – отозвался Ван Со, чувствуя, как нестерпимо горит рука.
– Ой, надо же, – всунулся Ван Вон, бесцеремонно тыча пальцем в них с Хэ Су. – А вы двое, оказывается, всё ещё мило общаетесь!
Его гаденькая улыбочка подсказала, кто подал Чонджону эту жестокую идею, а может быть, и лук со стрелами.
– Если убьёте придворную даму ради забавы, – отчеканил Ван Со, – пойдут слухи.
– И правда, – согласился король, притворно вздыхая. – Нехорошо выйдет. Я не подумал.
И он ушёл, неприкрыто радуясь своей выходке.
– Будь осторожен! – бросил Ван Со вслед направившемуся за Чонджоном Ван Вону.
– А я-то тут при чём? – хмыкнул тот, но по его бегающему взгляду было понятно: Ван Со не ошибся в своих предположениях.
Девятый принц продолжал выслуживаться и лебезить перед королём, как паршивый шакал без чести и достоинства.
Поморщившись от боли и бросив последний взгляд на Хэ Су, Ван Со поспешил прочь, убеждая себя в том, что она не догадалась о его истинных чувствах, хотя всё в нём кричало об обратном.
Значит, ему оставалось только одно – покинуть Сонгак. И чем быстрее, тем лучше.
Однако намереваться – это одно, а осуществить – совершенно другое. И никому не известно, как Небеса смеются, забавляясь людскими надеждами, стремлениями и планами.
Несмотря на то, что Ван Со собирался выехать обратно в Сокён на следующее утро, он не смог сделать это ни назавтра, ни днём позже: рана на руке никак не заживала и, казалось, только ширилась и терзала его всё сильнее.
Он никому не хотел говорить об этом, но во время встречи с Бэк А, который прибыл во дворец, как только узнал о его возвращении, на него вдруг накатила страшная слабость, в глазах потемнело и он едва не упал со стула: тринадцатый принц еле успел поддержать его. А поддержав, по неведению так крепко схватил как раз за раненую руку, что Ван Со взвыл от боли, а на рукаве его сквозь бесполезную повязку тут же проступили алые пятна.
Пока Бэк А приводил его в чувство, меняя повязку и отпаивая травяным чаем, Ван Со был вынужден рассказать ему о том, что случилось.
– Я только не понимаю, почему рана никак не затягивается, – закончил он, благодарно кивая брату, который помогал ему надеть ханбок после перевязки, обернувшейся настоящей пыткой. – На мне всегда всё заживало, как на…
Он запнулся, потому что сравнение с собакой в свете отношений с королём его покоробило, а иного слова он не находил. Как на волке? Ещё лучше…
Пока он размышлял об этом, устало прикрыв глаза, до него донёсся голос Бэк А:
– Я думаю, это яд.
– Что? – изумился Ван Со, повернувшись так резко, что у него тут же закружилась голова.
– Яд, – мрачно повторил тринадцатый принц и покосился на дверь.
Убедившись в том, что никто не подслушивает, он придвинулся к Со и зашептал:
– Пока ты жил в Сокёне, у Ван Вона появилось новое увлечение. Ему отовсюду стали привозить яды: змеиные, травяные, ещё какие-то. Я не знаю подробностей, потому что меня почти не было в Сонгаке, но наш девятый брат объяснял это своим внезапным интересом к лекарскому делу и то и дело вызывал к себе придворного врача, будучи совершенно здоровым. А ещё я слышал, что в последние месяцы во дворце стали часто умирать служанки…
Память тут же подсунула Ван Со картинку – криво ухмыляющийся Ван Вон за спиной Чонджона: «А я-то тут при чём?»
Ещё как при чём!
– И ты думаешь…
– Я почти уверен! – воскликнул Бэк А, но тут же вновь перешёл на шёпот: – Ван Вон не отходит от короля, следует за ним повсюду и постоянно торчит в тронном зале. И я думаю, что дело вовсе не в его неожиданном интересе к медицине. Когда это у него вообще был интерес к чему-либо, кроме денег?
Бэк А выпрямился и сокрушённо покачал головой.
– Стрела была отравлена, – договорил за него Ван Со, чувствуя: так и есть.
Чистая рана, даже более глубокая, уже затянулась бы и не беспокоила его так сильно. Ему ли не знать! А его воспалившаяся рука немилосердно горела, боль расползалась дальше, а теперь добавилось ещё и это – слабость и головокружение.
– Где Чжи Мон? – спросил Ван Со, чувствуя, как на него накатывает очередная волна дурноты.
– Я не знаю, – пожал плечами Бэк А. – С твоим отъездом и он куда-то пропал. Чонджон ведь его не жалует. Я слышал, Чжи Мон ненадолго возвращался во дворец, а потом снова исчез.
– Как всегда, когда он нужнее всего… – сквозь зубы просипел Ван Со, сопротивляясь новому приступу боли и понимая, что проигрывает. – Мне тоже надо… убраться отсюда.