Перед его глазами вновь красным пламенем вспыхнуло свадебное одеяние Хэ Су, её руки, перепачканные в крови, и он сильнее сжал её запястье, не замечая, что девушка морщится от боли.
– Ты же могла просто выйти замуж! – он сказал это и почувствовал, как под ним качнулась земля.
– Не знаю, не вышла – и всё! – воскликнула Хэ Су, и земля тут же перестала качаться.
Ван Со смотрел в ореховые глаза, которые больше не смеялись. Наоборот, в них набухали слёзы.
– Если не можешь ничего изменить, просто закрой глаза и иди к королю, – всхлипывая, говорила ему Хэ Су. – Так я приказала себе, но не смогла это сделать. Не смогла! Кроме меня самой, никто не сумеет мне помочь. Я вдруг подумала так и… разбила вазу. Это было мгновенное решение.
Своим признанием и неожиданной, но такой беззащитной силой она выворачивала душу принца наизнанку.
– Глупая девчонка, – прошептал он, глядя на её мокрые щёки и подрагивающие губы. – Больше не делай подобное, слышишь? Я тебе не прощу…
В тот день они ещё долго гуляли по берегу озера Донджи, и Ван Со рассказывал Хэ Су о дворце, где теперь ей предстояло жить и работать.
– Здесь все одиноки, – завершил он свой рассказ и очень удивился, услышав в ответ:
– Но я не одинока, и у меня всё хорошо! – Хэ Су улыбалась и уже не казалась расстроенной.
– Ты не одинока? – переспросил принц.
– Вы же здесь, со мной! – Хэ Су коснулась его плеча. – Разве я одинока?
Ван Со только покачал головой:
– Твоя наивность до добра не доведёт.
– Но ведь все, кто здесь живут, тоже люди. Поэтому я думаю, что справлюсь.
– Я надеюсь, – улыбнулся он. – Теперь, когда сумасбродная девчонка здесь, во дворце точно не будет скучно.
Хэ Су не переставала его изумлять. Забыв об их короткой размолвке, она уже вся светилась и раскрывалась, как цветок после дождя. Ушли тучи, растеклось по небу солнце – и вот она уже сияла рядом с ним, озаряя его своей улыбкой.
Ван Со приоткрыл глаза и сквозь ресницы посмотрел на небо. Иногда ему и самому хотелось верить, что Хэ Су права, что во дворце тоже живут люди, а стало быть, можно просто радоваться каждому дню, не боясь удара в спину.
И действительно, в последнее время здесь с ним случалось всё больше хорошего.
Прежде всего, теперь Су была рядом. Королеву Ю он почти не встречал. Постепенно сближаясь с братьями, вместе с ними он ходил на занятия, играл в их странные, но забавные игры: в конный бой, например. Ван Со усмехнулся, вспомнив, как накануне в этой игре переругивались Чжон и Ын, стремясь сорвать друг у друга пёрышко с головы.
А недавно во дворец прибыл генерал Пак Су Кён, который с детства обучал его боевым искусствам. Генерал единственный был добр к нему в Шинчжу, и принц уважал его прямоту, силу духа и мастерство. И хотя этот матёрый воин, далёкий от дворцовых интриг, не одобрил его чрезмерное увлечение книгами и беспокоился о том, что боевые навыки принца ослабнут, если он будет меньше тренироваться и больше заниматься науками, Ван Со с удовольствием беседовал с ним, веско и аргументированно отвечая на его упрёки и опасения.
Была, правда, одна вещь, которая после разговора с генералом не выходила у него из головы. Пак Су Кён только казался неотёсанным воякой, грубым и простоватым, но Ван Со прекрасно знал, что это не так. Этому человеку была присуща мудрость, глубинная, мощная, вызревшая на суровом жизненном опыте, полученном в боях и при дворе, где генерал появлялся нечасто, но сразу видел и верно оценивал расстановку сил, как на поле сражения.
Прощаясь, наставник долго смотрел ему в лицо, словно что-то выискивая, а потом спросил:
– Вы не собираетесь вернуться в Шинчжу, когда наиграетесь во всю эту вашу политику и начитаетесь заумных книжонок?
– А почему я должен вернуться? – ощетинился Ван Со. – Я же принц! Мне хочется жить здесь, чтобы понять, что так настойчиво толкает к трону мою матушку и братьев.
– Прежде всего, вы должны понять, что в Сонгаке в конце концов останется только один из принцев, – тяжело ответил генерал Пак, – тот, кто взойдет на трон. Подумайте, какова настоящая причина, по которой хотите остаться здесь вы.
И Ван Со думал об этом. Он думал об этом даже теперь, разомлев под мягкими лучами солнца, слушая неугомонных цикад.
Он присягнул на верность наследному принцу, поклявшись королю стать опорой и щитом для Ван Му. Он сказал Ван Ё, что это – единственное, зачем он здесь.
Но так ли это было на самом деле, вернее, только ли преданность держала его во дворце? Или теперь причина крылась ещё и в одной необыкновенной девчонке, которая запала ему в душу?