Однако настоящим потрясением для четвёртого принца стал тёплый взгляд короля Тхэджо и его слова:
– Сколько лет прошло с тех пор, как ты в последний раз показал лицо отцу? Ты так долго скрывал свой шрам!
– Я заставил вас беспокоиться… отец.
Отец!
Когда Ван Со нерешительно произнёс это слово, он готов был поклясться – не было на свете человека счастливее его. Разве что он сам минутой позже, когда услышал в ответ:
– Покажи своё лицо всему миру и будь уверен в себе! Помоги наследному принцу создать великую нацию. Стань для него источником силы. Твой отец доверяет тебе.
– Я выполню вашу волю, – Ван Со едва замечал, как дрожит его голос от волнения, а на глаза наворачиваются горячие слёзы счастья.
«Твой отец доверяет тебе!»
Король принял его! Признал своим сыном! Обласкал своим доверием! Обнял добрым взглядом!
Впервые в своей сознательной жизни Ван Со смотрел в лицо королю Корё и видел отца.
О чём ещё можно было мечтать?
Только о встрече с той, которая помогла ему пройти через невзгоды и вернуться домой, в семью, к отцу.
К себе самому.
Ван Со не торопил уставшего коня и наслаждался влажной прохладой утра, отпустив поводья. Ему очень хотелось отвезти на луг Хэ Су, показать ей травостой, затканный цветами. Чтобы она увидела это цветочное море, вдохнула пьянящий воздух свободы, которую так ценила. Чтобы она улыбнулась и стала краше любого цветка. Но ей, как служанке, запрещено было покидать дворец, и за его пределы она имела право выйти только в исключительном случае, иначе её ждало суровое наказание. А принц не хотел подвергать её риску.
Пока конь пощипывал сочную траву, переступая у края дороги, Ван Со соскользнул с седла и нарвал букет полевых цветов. Он не выбирал их и не старался сочетать по цвету и длине стеблей – просто складывал в охапку те, что ему нравились: колокольчики, ромашки, васильки, незабудки, луговые гвоздики. Все они были так похожи на Хэ Су в своей простоте, свежести и неброском очаровании, что принц не удержался и спрятал лицо в их дивном ароматном облаке, глубоко дыша. В отличие от тяжёлых, искусно составленных садовых букетов, украшавших помещения дворца, эти цветы были настоящими, искренними и трепетными, как его чувства к той, для кого они предназначались.
На тугой бутон колокольчика, поблёскивающий от росы, села маленькая синяя бабочка. Её крылья подрагивали и переливались нежным перламутром. Ван Со полюбовался ею, пока она не улетела, оглядел букет и добавил к нему ещё несколько солнечных ромашек.
Пусть хотя бы так, но он порадует Хэ Су. С ней что-то случилось, но что – понять он не мог. Озорная, бойкая девчонка, донимавшая его нравоучениями, куда-то исчезла, уступив место печальной осенней тени.
После ритуала дождя, на котором Хэ Су с такой добротой смотрела на него, её словно подменили. Она замкнулась в себе и как будто чего-то всё время боялась. Её улыбки были вымученными, а глаза – затравленными.
Ван Со не находил объяснения, почему Хэ Су вдруг стала так на него реагировать. Почему жутко испугалась, встретившись с ним после захода солнца в день ритуала. Он поймал её за руку на веранде, и, скользнув по мокрому дощатому полу, она не удержалась и упала ему в объятия. Всего миг Ван Со прижимал её к своей груди, а когда она узнала его, то тут же с криком вырвалась, будто увидела нечто ужасное.
Принц растерянно смотрел на неё, гадая, что сделал не так.
– Это я, – шагнул он к ней, неуверенно улыбаясь, но Хэ Су лишь отшатнулась прочь.
Она тяжело дышала, её маленькая фигурка сжалась от страха, а голос срывался, когда она начала бессвязно лепетать, оправдываясь перед ним за что-то:
– Как-то неожиданно… Вы появились так внезапно. Я ничего такого не имела в виду, просто… Просто очень удивилась, вот и всё. Простите меня.
Ван Со не понимал, за что она извиняется, отчего дрожит и прячет от него глаза.
– Почему ты извиняешься? Я ведь сам виноват.
Хэ Су подняла на него настороженный взгляд, и Ван Со вдруг захотелось поделиться с ней радостью, которая переполняла его, как проливной дождь – водостоки у них над головами, бурно, через край!
Он счастливо выдохнул:
– Ты знаешь, сегодня я впервые в жизни назвал короля отцом. А он впервые увидел моё лицо после долгих пятнадцати лет и сказал, чтобы я был более уверенным в себе, – он улыбнулся, глядя в ночное небо. – После таких слов вся моя боль куда-то испарилась.
Хэ Су молча смотрела на него и понемногу успокаивалась.
– Я буду защищать наследного принца и помогать ему, – продолжал Ван Со, чувствуя трепет от того, что доверяется, открывает свою душу, и не кому-нибудь, а именно этой девушке. А это, оказывается, очень приятно! – Так странно… Все благодарят меня. Никто не говорит мне, что я страшный, что я чудовище. Забавно… но мне начинает нравиться моя жизнь. И помогла мне ты, Су.