Палачи расстреливали людей по ночам и только мелкими группами. Так же хотели они поступить и с 18 жмеринскими подпольщиками. Когда ночью 2 декабря 1943 года жандармы хотели вывести часть патриотов на расстрел, все 18 сокамерников набросились на палачей. Жандармы, отбиваясь прикладами, еле-еле выбрались из камеры. А через минуту в дверной глазок высунулось дуло пулемета. Загремели первые выстрелы, слившиеся в трескучую длинную очередь. Но и она не могла заглушить «Интернационала», который запели непокоренные смертники…
Письмо К. С. Гришина напечатала газета «Красная звезда» 22 января 1965 года.
5 декабря
Несмотря на то, что поблизости грохотали разрывы, почтальон 28-го почтового отделения Зинаида Туескова разносила газеты и письма. Особенно она спешила порадовать весточкой с фронта одинокого старика Генералова, жившего в 5-й квартире дома № 24 по улице Петра Лаврова. Но на дверях комнаты висела сургучная печать. Соседи сказали, что во время артиллерийского обстрела старик погиб. И весь день Зинаида Туескова, казалось бы, уже привыкшая к людскому горю (сколько «похоронок» она доставила ленинградцам за годы войны!), ходила с заплаканными глазами. А письмо, не нашедшее адресата, было возвращено обратно на фронт (полевая почта 17292, Генералову). И по скорбной приписке на треугольнике письма Генералов-фронтовик, должно быть, сын старика, узнал, что тот погиб при артобстреле Ленинграда.
О путешествии невостребованного письма рассказала газета «Ленинградская правда».
1944 год
4 января
Ну вот, мой милый сын, мы больше не увидимся.
Час назад я получил задание, выполняя которое живым не вернусь. Этого ты, мой малыш, не пугайся и не унывай. Гордись такой гордостью, с какой идет твой папа на смерть: не каждому доверено умирать за Родину. Приму все меры, чтобы это письмо переслали тебе, а ты с ним будь осторожнее, не пугай свою бабусю.
Славному городу Ленина – колыбели революции – грозит опасность. От выполнения моего задания зависит его дальнейшее благополучие. Ради этого великого благополучия буду выполнять задание до последнего вздоха, до последней капли крови. Отказаться от такого задания я не собирался, наоборот, горю желанием, как бы скорее приступить к выполнению.
В ожидании машины роюсь в неугомонных мыслях, с молниеносной скоростью задаю сам себе вопросы и тут же даю ответ. Одним из первых вопросов будет такой: какие силы помогают мне совершить мужественный поступок? – Воинская дисциплина и партийный долг. Правильно говорят: от дисциплины до геройства – один шаг. Это, сын, запомни раз и навсегда. А пока есть время, надо отвинтить от кителя ордена, поцеловать их по своей гвардейской привычке. Рассказываю тебе обо всем подробно, хочу, чтобы ты знал, кто был твой отец, как и за что отдал жизнь.
Вырастешь большим – осмыслишь, будешь дорожить Родиной. Хорошо, очень хорошо дорожить Родиной.
У меня есть сын. Жизнь моя – продолжается, вот почему мне легко умереть. Я знаю, что там, в глубоком тылу, живет и растет наследник моего духа, сердца, чувства. Я умираю и вижу свое продолжение. Сын, ты в каждом письме просил и ждал моего возвращения домой с фронта. Без обмана: его больше не жди и не огорчайся, ты не один. При жизни нам, сынка, мало пришлось жить вместе, но я на расстоянии любил тебя и жил только тобой. Вот и сейчас думается, хоть я буду мертвый, но сердце продолжает жить тобой, даже смерть не вытеснит тебя из моего скупого сердца.
В своем прощальном письме прошу командование определить сына воспитанником Суворовского военного училища, желательно в Ленинградскую область – это для того, чтобы он мог посетить Поддорский район, Сокольский сельсовет, потому что возле деревни Хлебоедово закончит жизненный путь его отец. Когда начнется мирная жизнь, возродятся колхозы, сын будет шефом колхоза деревни Хлебоедово.
Прощай, мой сын, прощай, дорогая жена!
Поля, Юра! Жена, сын! Радость вы моя, кровь моя, жизнь моя! Люблю, люблю до последней капли крови!
Выполняйте мое завещание.
Гвардейская стрелковая дивизия, в которой воевал капитан, занимала позиции недалеко от деревни Хлебоедово Поддорского района Новгородской области. Разведка доложила, что в роще Круглая противник организовал крупный склад бомб и снарядов для отправки под Ленинград. Командование дивизии приняло решение взорвать склад и поручило провести эту операцию Г. Масловскому.