…Вы повсюду назначаете питерских. Хорошо, что вы из четырехмиллионного Санкт-Петербурга. А если б из деревни в пять избушек? Каждый подпасок совмещал бы три министерских поста.
И вот вопрос: было бы хуже? Доярки и кухарки вызывают больше доверия, чем таможенник, милиционер и прочие члены вашей вертикали независимо от числа и размеров звезд на погонах.
19 ноября 2004
№ 22 Партийный кулачок
Уважаемый Владимир Владимирович! Вы – коммунист, это ясно. И не важно, где ваш партбилет: сожгли, как деятель культуры, закопали, как партизан, храните в сейфе. Главное – что в душе.
Президент – политическая фигура № 1. Он не может быть вне политики. А она – партийна. Вы же голосуете. И надеюсь, от души, не лицемерите. И надеюсь – голосуете не за ЛДПР, СПС и т. п.
За «ЕдРо»? Вы открыто за них агитировали (за это на вас другие партии даже в суд подавали). Выходит, вы за «ЕдРо». Но ведь у них никакой идеи вообще нету. Идейных в таких партиях не бывает. И значит, это группировка, а не партия.
Помните, в школе учили Маяковского:
А если в партию сгрудились малые —Сдайся, враг, замри и ляг!Партия – рука миллионнолапая,Сжатая в один громящий кулак.У Маяковского, конечно, «миллионнопалая», но «лапая» в некотором смысле точнее. Сгрудить этих малых в кулак – легко. Сгрудить их в умную голову – невозможно. Вот вы Думу сгрудили, а придумать она ничего не может, даже не пытается. Да и кулак-то из них…
Вы – один, а занимаетесь созданием двух партий, а то и трех. «ЕдРо» – ваше, «Родина» – ваша (и сделана в Кремле, и поддержала вас, своего создателя-кормильца; Рогозин с перепугу готов был убить Глазьева, когда тот выдвинулся в президенты). Теперь, говорят, создаете что-то либерально-правое.
Уважаемый Владимир Владимирович, как может один человек создавать несколько партий? Это же не фирмы.
Хотите сделать одну партию с двумя-тремя псевдонимами (кличками)? Это Ельцин делал: партию Черномырдина и партию Рыбкина; но все сбежались туда, где бюджет (идейных-то не было).
Партия – это политические убеждения. Если вы убежденный коммунист, вы не можете создавать либералов – это было бы лицемерием или болезнью. Если у человека разные убеждения, он шизофреник.
«ЕдРо» – дело другое. Там нет ни идей, ни убеждений. Там только голый, циничный интерес: власть – деньги – власть.
Создавая разные партии, вы, выходит, действуете как финансовый игрок, биржевик – по принципу не держать все свои яйца в одной корзине. Но этот циничный принцип (правильный в бизнесе) не годен для политики. (Наши олигархи на том и погорели: путали партии с банками. Давали и «Яблоку», и коммунистам, и СПС, и черт его знает кому.) Вряд ли есть американский бизнесмен, субсидирующий и Буша, и Керри.
Помните, став премьер-министром, наследником престола, вы пришли на коллегию ФСБ (КГБ). Вас встретили аплодисменты. А вы, будучи среди своих, расслабились, забыли про телекамеры и объявили: мол, внедрение завершено!
Грянула овация, радость без предела… Это очень честно вы сказали. Очень откровенно. (Хотя наивные думали, что вы шутите.)
Внедрение – слово архиважное. Оно говорит о проникновении в самую сердцевину врага с помощью притворства. Внедрился – это прикинулся, чтобы сочли своим, допустили к руководству.
Штирлиц внедрился в СС по самое не могу. Он талантливо прикинулся фашистом, но фашистом он же не стал. Он сохранил верность (до слез) Кремлю и Лубянке. То есть Сталину и Берии.
Так и вы. То, что вы сохранили верность Лубянке, видно из того, что именно своих сослуживцев вы расставили всюду: они командуют Министерством обороны, МВД, контролем над наркотиками, губерниями и республиками…
Но все они – ваши товарищи не только по КГБ, но и по КПСС. Это ведь почти синонимы были во времена Брежнева – Андропова. Сохранить верность КГБ – значит, остаться настоящим советским коммунистом.
Потом вы внедрились к Собчаку, наверное, стали членом его какой-то демократической партии. Быть вице-мэром Питера при крайне политизированном Собчаке и не изображать политическое единомыслие было невозможно. Извините что нарушу хронологию. Меня в ноябре 1999-го, когда вы были премьером, пытались шантажировать Собчак и его жена. Он, чтобы создать впечатление своего могущества, показывая пальцем вверх (где у чиновников всегда не Бог, а начальник), сказал:
– Это же я подобрал на панели безработного Штирлица.
Он намекал на то, что вы ему всем обязаны. Я слушал и думал: «Интересно, стоит ли козырять такими рассказами про панель и Штирлица?»[33]
Потом вас взяли в Москву – в партию приватизации, тенниса и залоговых аукционов. Она тогда называлась «Наш дом – Россия» (фракцию власти в Думе возглавлял Рыжков-младший, теперь глубоко внедрившийся в демократы).