Да ты и сам вовремя насторожился. И это уже говорит о том, что Ангел Хранитель твой при тебе и в нужную минуту вразумляет тебя.
Самое тяжелое состояние, какое только может постигнуть человека, – это богооставленность, но Господь не попускает эту тугу надолго, зная немощь нашу и вражье коварство в такие моменты. А вот то, что рассыпалась гордыня, это опять милость Божия, только уныния и отчаяния остерегайся. Это ведь заведомо вражье.
Л., все идет своим путем, и мы с тобой Божии и с Богом, и Он нас не выдаст врагу.
Молюсь о тебе ежедневно, крещу твою голову и люблю тебя отцовской любовью, моего такого большого и такого больного ребенка.
Дорогой о Господе А.!
Для Господа нет ничего невозможного: Он и прокаженного исцелит, и разбойника-душегубца покаявшегося и уверовавшего в рай введет. И нас, прокаженных, призывает ко спасению и вводит в Церковь – Святой Спасительный ковчег. А условие одно – живая вера живому и всемогущему Богу и реальное знание своего падения, рождающее покаяние. Вот и все. Спасайтесь! Живите в Законе Божием и в законном браке, из него же детотворение. Этим и спасайтесь.
Дорогой Д.!
А работа нам предстоит всю жизнь до самой смерти, и особенная она будет в момент смертных трудов. Вот и не отчаивайся, вот и трудись. Твое смущение, твоя болезнь душевная, как и у всех, но у каждого своя. И от врага, который к тебе приражается, не бежать надо, а с Божией помощью бороться.
Для этого надо просить и просить помощи. Твоим помощником мог бы стать святой праведный Иоанн Кронштадтский – почитай его и почитай о нем, и непременно его «Неизданный дневник» – и записки о нем игумении Таисии – тоненькая тетрадочка, но богатая.
То, о чем пишешь мне ты, – боль души, и это основная нынешняя болезнь неофитов. Они входят в Церковь, но больше умом, а вера – это нечто другое, в чем участвует весь человек и в первую очередь сердце.
Я вырос в иной среде, вокруг жили верой все люди. Теперь труднее – живой веры даже у священнослужителей не вдруг увидишь. Но что делать?
«Просите, и дастся вам». Мы будем о Вас, Д., молиться, а у Вас, коль есть сознание своей недостаточности, то, значит, и будете стоять с протянутой рукой, а только это и любит Господь – смиренное предстояние с просьбой к Нему о помощи. Бойтесь, не бойтесь бояться! «Верую, Господи! Помоги моему неверию!» Хуже не иметь веры, но ее в себе мнить и изображать – это безнадежная болезнь с плохим исходом, а ты, Д., раскрой пред своими глазами живую книгу природы и изумишься, а следующая параллельная ей страница – Святое Евангелие и твоя искренняя жажда руководствоваться Истиной.
И будет на тебе милость Божия!
И еще, очень тебя прошу, полюби святителя Феофана Затворника. В его писаниях вот уж где живая вера потоком изливается на полюбившего его.
Дорогая И.!
Очень я порадовался твоему письму. Скорби твои явно уменьшились, вернее, облегчились с помощью Божией за твою живую веру. Так и живи, детка, себя и чад своих предавай Богу, а Он-то уж знает, как и чем нас в чувство истины приводить. Молись и за С. Да управит и его Господь во спасение. Молюсь и я о тебе и о твоих близких. Пережито много, и, слава Богу, с пользой для души. Твой кораблик на плаву. Не скорби.
Дорогой Владыко!
Так хорошо представляю Ваше состояние и внутреннее, и внешнее. Ибо прошел в свое время тем же путем, если и не более тяжким. Ведь в отличие от Вас, мы были связаны по рукам и по ногам, и каждое наше слово взвешивалось неправедными весами врагов Церкви.
Но… сила Божия в немощи совершается, это я вижу реально всю жизнь, и сильны мы только силой Божией. Как говорил на пороге смерти святитель Вениамин Петроградский, надо оставить ученость, ум и вооружиться верой. Веру надо иметь, веру, и тогда Бог будет за нас и с нами. А я бы еще добавил и Вам пожелал молить и просить о даровании любви. Чтобы любовь была тем компасом, который в любой ситуации покажет верное направление и любого человека превратит в друга.
Это ведь тоже мной проверено, даже и в ссылке. А так, слава Богу, жатвы много, а вы посланы делателем. Трудитесь. Теперь меньше придется обращать внимания на себя – некогда, рядом плачут и протягивают к Вам руки дети Божии и часто совсем неразумные. Разве до себя тут? Укрепи и умудри Вас Господь.
Благодарю Вас за письмо, очень доволен, что имею теперь реальное представление о делах Ваших. Молюсь о Вас неизменно. И Ваших молитв прошу о моем убожестве и немощи. Сяду рядком с Вами и в унисон Вам запою, что и правило не исполняю, как хотелось бы, и богомыслием заниматься обстановка не позволяет. Но все стенания разбиваются о недвижимый камень веры «так надо», тако Богу изволися.