Так вытравил он в душе дочери остатки любви к нему. Возникло смешанное чувство отвращения и жалости.. При одной мысли, что она придет после работы домой, ее охватывает ужас. Какое нужно адское терпение, чтобы вынести эту пытку! Казалось бы, чего проще? Переселиться в один из тех новых домов, которые возводятся на Лакинке. Отработать вместе с сестрой положенное количество часов и получить отдельную однокомнатную или двухкомнатную квартиру. Но это не.так просто. Формально жилищное положение Любы считается вполне удовлетворительным - ведь они втроем живут в собственном доме.
Люба не может не испытывать глубокого отвращения к человеческим порокам, видя, до чего они довели отца. Поэтому она так нетерпимо относится к легкомысленному поведению своих сверстниц в бригаде. Но если опустившийся отец жалок оттого, что сознает свое бессилие справиться с пороком, то ветреная девушка не только не считает порок слабостью, а бравирует им. Если ей дают добрый совет, она резко отвечает: по какому праву ей читают мораль, как себя вести? С ее точки зрения, ей" просто завидуют, что она пользуется успехом у молодых людей.
Можно понять, как тяжело Любе. ВреМя возложило на нее трудную задачу не только правильно и честно строить свою жизнь, но и задачу перевоспитания некоторых своих сверстниц. Как, ненавидя порок, удержаться от того, чтобы не перенести эту ненависть на конкретного носителя его! Какое требуется мужество и терпение, чтобы отвоевывать у него неопытную, безрассудную молодую жертву. Надо подняться на высшую ступень человеческих отношений, чтобы стерпеть оскорбления от тех, кому желаешь добра, и получить в конце концов их привязанность.
Вот в чем, как мне кажется, самая главная трудность сегодня для таких людей, как Люба Шокина.
В 1920 году, когда мне было шестнадцать лет, я добровольцем пошел на фронт. Комиссар дивизии, глядя на меня, сказал с усмешкой:
- Ну что, умирать пришел за революцию?
Я утвердительно ответил.
- Умереть нетрудно, - сказал он. - Не умирать мы с тобой сюда пришли, а побеждать. Победить можно только всей массой.
Надо эту массу зажечь, воодушевить на бой. Это труднее, чем грудь под пули подставить!..
Об этом мне хотелось сказать Любе Шокиной, но я не прерывал ее, чтобы не нарушить ее рассказ.
Далее Люба, перейдя на шепот, с какой-то необыкновенной женственностью и сердечностью, точно она говорила сама с собой, поведала мне, что она любит одного молодого человека и он любит ее. Он теперь в армии, но в этом году должен вернуться. Она три года ждет его. Когда он приедет, они поженятся. Еще неизвестно, как они устроятся с жильем. Но предчувствие большого, важного события в ее жизни волнует Любу.
Видно, велика сила этой молодой любви, если она выдержала испытание временем. Тем, кто не верит, что существует большая любовь, следовало бы сюда приехать и убедиться в этом. Я рад, что Люба не обманулась в своем чувстве, и верю, что она будет счастлива в личной жизни.
А сколько на пути этой большой любви было, наверно, искушений! Сколько так называемых здравомыслящих людей, наверно, увещевали Любу, чтобы она "не верила мужчинам", что любви нет и ее жених уже давно, наверно, там присмотрел себе другую невесту! И пусть в счастливом, невыдуманном конце этого испытания молодой любви двух лакинцев, в победе, которую одержали эти два молодых сердца, черпает молодежь веру в большие чувства.
ПИСЬМО ТРЕТЬЕ
Люди и судьбы. - Вопросы культуры. - Современное образование. - Дела семейные. - Секретарь парткома Ульянов. - Главная черта лакинского характера.
Куда ни пойду, везде вижу старых знакомых. Они как бы олицетворяют собою Лакинку в ее росте и развитии. В цеховом комитете прядильной председательствует Валентина Михайловна Тарасова, которую я помню Валей Гусевой, ученицей семилетки. Я у них жил в 1938 году. Рядом с нею за столом секретарь цехового партбюро Анастасия Ивановна Отдельнова, которая двадцать лет назад была работницей. За это время она была помощником мастера, потом мастером, а с 1956 года на партийной работе.
В новой ткацкой фабрике председатель цехового комитета - Мария Ивановна Васякова. Она была в 1947 году ткачихой в бригаде Кировой. В старой ткацкой председатель цехового комитета Василий Васильевич Тармоло.в. Я его помню юношей, занимавшим первые места в области по велосипедному спорту.
У фабричных ворот - новый стенд, которого раньше не было.
На нем отмечают инициаторов передовых методов труда. Съемщица Немцова и инструктор Тимофеева предложили новый способ заправки нитей на пустую шпулю при разработке съема без остановки веретена.
Планошница Чернова предложила новую организацию труда съемщиц спаренным методом.
А вот и Доска почета. На нее заносятся фамилии тех рабочих и работниц, которые систематически на протяжении шести месяцев дают продукцию без брака и отличного качества. Было приятно увидеть на этой доске прядильщицу Юлию Емелину. О ней я писал двадцать лет назад.
Спустя двадцать лет я очутился за первомайским праздничным столом у Татьяны Романовны Захваткиной, той самой Таси Захваткиной, с которой началось мое знакомство с лакинцами. Теперь она заведует детским садом, а ее подруга Каштанова - Домом ветеранов. Дом этот совсем недавно выстроен в Лакинском поселке. Любопытная деталь: две подруги, одна ведает детским садом, другая - Домом ветеранов.
Татьяна Романовна живет в большом новом доме, в отдельной квартире из двух комнат. С нею живет ее сестра Анастасия с дочкой Таей из колхоза "Красный луч", куда я ездил в 1939 году.
- Она заведовала там фермой, а теперь сошла с арены! - сказала о сестре Татьяна Романовна.
Тая, которую я помню дошкольницей, по складам читавшей нам про собаку Индуса, теперь высокая смуглая девушка, ткачиха 25-го комплекта. Рядом с ней за столом ее близкая подруга, знатная ткачиха Зина Карзанова, и другая сестра Татьяны Романовны, Анна, заместитель директора школы ФЗУ. Она в 1942 году была секретарем лакинской комсомольской организации и вместе с семьюдесятью комсомолками добровольно ушла на фронт. Анна с мужем Константином Тимофеевичем Логиновым, мастером механического отдела. Во время войны он был гвардии старшим лейтенантом, командовал танковой ротой.
В гости к Татьяне Романовне пришел и двоюродный брат, Константин Андреевич Крестьянинов, бригадир по ремонту оборудования, с женой Татьяной Васильевной, мотальщицей приготовительного отдела. Людмила Басова, жена офицера, приехала на Лакинку в отпуск к -брату, Константину Тимофеевичу Логинову. Самое молодое поколение лакинцев представляла девочка Наташа, ученица второго класса, дочь Анны Романовны.
Разговор за столом непринужденно переходил с одной темы на другую: вспоминали прошлое, говорили о судьбах людей, о литературе, о спорте, музыке и, уж конечно, о будущем лакинской фабрики и поселка.
Я невольно сравнивал эту праздничную беседу с теми разговорами, которые велись двадцать лет назад в рабочих общежитиях, и думал о том, как далеко шагнуло лакинское общество в своем образовании, как расширился круг интересов, как реально стираются грани между физическим и умственным трудом. Передо мной были характерные представители народной интеллигенции.
Но лакинцы обычно не засиживаются за праздничным столом в майские дни. Их влечет на стадион, на площадь к Дому культуры.
Иду туда по новым улицам поселка. Голуби совсем одомашнились, не шарахаются от резвящихся детей. Палисадников так много, что их уже не замечаешь. Поблескивает небольшой пруд, созданный лакинцами, в нем плавают лебеди. Двадцать лет назад здесь был пустырь.
На широких лестничных ступенях Дома культуры расположился .оркестр. Заиграли вальс из. кинофильма "Матрос с "Кометы".
Огромная толпа зашевелилась, затанцевала.
Заведующая Домом культуры Ольга Ефимовна Баденкова, выдвинутая на эту должность потому, что много лет была активной участницей художественной самодеятельности, рассказывает: