Она просто надеялась, что Реджина больше не злится на неё. Эмма кочевала с места на место всю свою жизнь, но в этот раз она не была готова отказаться от того, что обрела в Сторибруке. Если Реджина устала быть за неё в ответе, блондинка поймёт, в глубине души она готова к этому, это уже въевшаяся в кровь защитная реакция. Тем более, что, поразмыслив над их небольшой ссорой, Свон поняла, как, должно быть, перепугалась Реджина. В конце концов, ещё неизвестно, кому тяжелее: солдатам, рискующим жизнью, или их любимым, которым остаются только ожидание и неизвестность.
Тишину нарушили скрип шин по гравию и рёв мотора. Большой грузовик мягко затормозил, и Эмма закатила глаза, увидев, как Спенсер выходит из пассажирской двери.
Из кузова выскочили солдаты, и без разговоров начали выгружать привезенную провизию и осветительное оборудование.
- Свон! – она была первой, кого увидел Спенсер. Остальные только подходили к навесу. Эмма торопливо встала, пряча фотографии в карман, но в спешке выронила одну, и снимок, на котором она была с семьёй, полетел на землю. Девушка не успела его поднять до того, как носок тяжелого армейского ботинка придавил фото, впечатывая его в пыль. – Что это?
Эмма выпрямилась, глядя прямо перед собой. Спенсер убрал ботинок и, нагнувшись, поднял измятую, пыльную и запачканную копотью фотографию. Только почувствовав головокружение, Эмма поняла, что перестала дышать. Спенсер внимательно разглядывал фото, с удивлением отмечая, как сильно девушка с сияющей улыбкой и лучащимися счастьем глазами на фотографии отличается от хмурого напряженного солдата, стоящего перед ним.
Жестко глянув на подошедших солдат, Спенсер отослал их. Пульс Эммы подскочил, но внешне она была совершенно спокойна.
- Это ваше, солдат, – он протянул ей фотографию, но отдавать явно не собирался.
- Так точно, сэр, – бесстрастно ответила Эмма.
Спенсер приподнял бровь, на лице появилась неприятная ухмылка, больше напоминающая оскал хищника, травящего жертву. Эта ситуация явно забавляла его. Эмма всё еще стояла по стойке смирно, глядя офицеру в глаза и явно не собираясь ничего объяснять.
- Горячая штучка, – Спенсер провел пальцем по лицу Реджины.
Взгляд Эммы метнулся к фотографии, но голос остался таким же спокойным, а дыхание ровным:
- Да, сэр.
Он плотоядно ухмыльнулся, глядя на фотографию:
- Ох, я бы её объездил, – Спенсер сказал это тихо, как если бы это была просто мысль, высказанная вслух, но фраза явно предназначалась Эмме.
Девушка моргнула, но ничего не сказала.
Не дождавшись реакции, мужчина прищурился:
- А мальчишка…
- Мой крестник, сэр, – быстро перебила Эмма, забыв о субординации.
Спенсер посмотрел на неё, всем своим видом показывая, что не поверил ей, и снова с неприкрытым отвращением перевёл взгляд на фото.
Он наклонился к девушке так близко, что Эмма почувствовала его дыхание на своем лице:
- Выпрямитесь, солдат, – прошипел он, бросая фотографию ей в грудь.
- Сержант, – повернулся он к Карбере, – ваш отряд останется здесь вплоть до получения следующего приказа. Данные воздушной разведки позволяют предположить, что эта деревня – некий перевалочный пункт…
Дальше Эмма не слушала. Подняв и спрятав фотографию в карман, она изобразил на своем лице величайшее внимание к приказам Спенсера, но в голове у неё билась только одна мысль: «Что Спенсер знает? Что он понял?»
Так страшно ей не было с тех пор, как она была подростком. И единственное, чего ей хотелось, это оказаться дома.
Декабрь 27, 2004. Сторибрук, Мэн
- Ты вернешься за ним? – с надеждой спросила Реджина.
Эмма улыбнулась, покачав головой, светлые локоны слегка перепутались с тёмными прядями:
- Я вернусь к тебе.
Реджина усмехнулась, притягивая девушку к себе в страстном поцелуе. Они так близко, что она чувствует Эмму всем телом. Горячая ладонь скользит по спине, опускаясь на поясницу, и блондинка осторожно опускает её на кровать. Обнаженные ноги запутались в простынях, пальцы мягко ласкают изгибы тела, а дыхание так горячо, что, кажется, воздух вокруг плавится. Они на секунду разрывают поцелуй, только чтоб тут же начать его снова.