- Ты… – Реджина пыталась подобрать слова, способные пристыдить Бута, но не успела. Во дворе появился Генри, одетый в военную форму, которую надевал на Хэллоуин. Мальчик громко ахнул, увидев появившийся во дворе подарок.
- Это мне? – он уже со всех ног несся к тоннелю, на ходу разуваясь.
Реджина покачала головой, глядя на довольного собой сержанта, и ответила сыну:
- Дядя Август привёз его тебе на сегодня, родной.
Генри уже не слышал её. Добравшись до надувных шестов, он, к своей радости, тут же свалился на пол.
- Эмма была бы в восторге, – Кэтрин отпила фруктового пунша. Реджина ненадолго оставила взрослых гостей и сейчас сидела рядом с Кэт на веранде, присматривая за детьми, увлеченными полосой препятствий. Она прислушивалась, пытаясь отличить счастливые выкрики от тех, что могут сообщить о неприятностях.
Брюнетка улыбнулась, услышав имя солдата:
- Даже не знаю, кого было бы труднее оттуда вытащить, Генри или Эмму.
- Как она?
- Хорошо, я полагаю. Я не получала от неё вестей со времени отъезда, – призналась Реджина. – Но, – спокойно добавила она, – мы с Генри шлём ей письма каждую неделю. Даже если Эмма не получит их сразу, я знаю, как она любит их читать.
- Она скоро приедет домой?
- Мы надеемся, что да.
Кэтрин понимающе усмехнулась, и Реджина повернулась к ней, оторвав взгляд от надувного замка:
- Что?
Блондинка пожала плечами:
- Просто вспомнила, как мы в детстве мечтали о будущем. Какими представляли наши жизни, нашу работу, свадьбы.
- Да, – ухмыльнувшись, протянула Миллс, – помнится, ты хотела ехать в церковь в карете.
- Это же романтично! – уверенно отозвалась Нолан.
- Да? Так же романтично, как громадный лимузин, в котором вы приехали в день свадьбы?
- Ну, а это было практично.
Женщины рассмеялись, вспомнив юность.
- Ты могла себе представить, что когда-нибудь мы к этому придем? – спросила Кэтрин. – Ты встречаешься с солдатом, а я на грани развода.
- Ты не… – Реджина замолчала, поймав жесткий взгляд подруги. – Нет, я даже не могла вообразить ничего подобного, – призналась она. – Жизнь заставила нас сильно повзрослеть с тех пор.
- Я бы сказала, что взрослая жизнь все-таки принесла нам кое-что хорошее, – Кэтрин похлопала Реджину по руке, и только теперь брюнетка заметила, что теребит кулон, оставленный Эммой ей на сохранение.
- Кое-что замечательное, – тихо согласилась она.
Весь следующий час Реджина провела, курсируя между взрослыми, собравшимися у стола с закусками и аперитивом, и надувным замком, в котором играли дети. К счастью, единственный инцидент, заставивший хозяйку дома понервничать, заключался в том, что все десять ребятишек разом решили забраться по веревке, крича, что теперь их очередь. Но Грэм и Август, присматривавшие за ними, быстро успокоили всех, убедив подниматься по одному. Оказалось, авторитет мэра не имеет для десятка четырехлетних малышей никакого значения. А вот представитель местного закона и порядка на пару с отставным солдатом внушали детям уважение, достаточное, чтобы позволить им справиться с маленьким отрядом.
Руби сказала, что пицца готова, и Реджина позвала детей к столу. Безуспешно, надо признать. У Эммы наверняка получилось бы лучше. Конечно, солдат находился бы в самой гуще игры, Генри был бы командиром отряда, а Эмма осталась бы в звании капрала. И Реджине стоило бы только заглянуть в замок, чтоб сказать, что всё готово. Конечно, блондинка немедленно превратила бы обычный ланч в секретную операцию, пробралась бы с детьми по-пластунски через тоннель, немного попрыгала бы с ними среди шестов, а потом помогла бы самым маленьким забраться по веревке. Они скатились бы с горки один за другим и на цыпочках прокрались бы к маленьким столикам, накрытым в армейском стиле. Эмма быстро уговорила бы их поесть. Кэтрин права, солдату это понравилось бы.
Каким-то чудом Реджине всё же удалось выманить детей с полосы препятствий. Подозвав сына, она подсказала ему, что хороший командир всегда заботится о том, чтобы его войска хорошо питались. После этого Генри повел друзей к столам, где Реджина и Руби уже разложили по тарелкам маленькой армии домашнюю пиццу. И, конечно, чтоб уговорить их есть овощи, пришлось сказать, что, чем скорее дети всё съедят, тем быстрее вынесут торт. Скоро на тарелках ничего не осталось, дети и взрослые уже наелись, и малышам не терпелось вернуться к играм. Наконец, из кухни вынесли мраморный торт, покрытый белой глазурью и украшенный фигурками солдатиков. Реджина волновалась, что Генри ест слишком много сладкого, но когда он попросил вторую порцию торта, умоляюще глядя на неё и добавив: