- Ну, пожалуйста, у меня же день рождения! – Реджина не смогла сказать «Нет» и отрезала кусок, мысленно пополнив список просьб, в которых она просто не может отказать.
Сейчас все сидели в гостиной, и Реджина фотографировала именинника, разворачивающего свои подарки. Рядом с мальчиком уже лежала горка новых мягких игрушек, книжек и одежды. Завершал композицию набор игрушечных солдатиков и танков. Открыв последнюю коробку с подарком от Ноланов, Генри увидел пару детских раций. Достав их, он вскочил на ноги и, надев на голову шлем, уже приготовился убежать во двор.
- Милый, что надо сказать гостям? – подсказала Реджина, глядя через объектив камеры.
- Спасибо всем! – мальчик широко улыбнулся и, поправив шлем, протянул коробку с рациями шерифу Грэму, прося открыть. – Пожа-а-алуйста?
- Погодите-ка, – в комнату, прихрамывая, вошел Август. Осторожно обходя детей, он шел, держа в руках открытый ноутбук. Мужчина присел на журнальный столик, морщась чаще, чем ему хотелось бы, и объявил. - Тут еще один подарок.
Миллс нахмурилась и села возле камина, усадив Генри рядом. Повинуясь её молчаливой просьбе, Грэм отложил коробку с рациями. Август поставил ноутбук на столик.
- Это тоже мне? – Генри потянулся к клавиатуре.
- А еще говоришь, что я его балую, – Реджина с упрёком поглядела на мужчину.
Бут ухмыльнулся:
- Нет, приятель, этот подарок лучше, чем ноутбук, – он скользнул пальцами по тачпаду, и на экране развернулось изображение белоголового орлана на фоне американского флага. Поверху шла набранная жирным шрифтом надпись: «Вам пришло сообщение от любимого, находящегося за рубежом».
Реджина шокировано посмотрела на Августа поверх головы Генри:
- Что это?
Не ответив, тот нажал Enter, и на экране появилась Эмма, видимо, сидящая в палатке. За спиной у неё висел флаг.
- Это Эмма! – Генри обрадовано захлопал в ладоши.
Съемка началась, и Эмма, улыбнувшись, стянула кепку с головы. Повертев её в руках, девушка посмотрела в камеру:
- Эй! С Днём Рождения, Генри. Мне жаль, что меня сейчас с вами нет, но я могу поспорить, что твоя мама устроила супер-офигенную вечеринку. Не позволяй дяде Августу слопать весь торт в одиночку, а то с него ведь станется.
Оператор засмеялся, и девушка засмеялась в ответ. Август закатил глаза, покачав головой.
- Всё нормально, – успокоил он Руби, сидящую рядом с Тиной. Официантка понимающе ему подмигнула.
- Я правда скучаю по вам, ребята. По тебе, по дяде Августу и по твоей маме. По Реджине, – Эмма прошептала её имя, и Миллс смотрела на экран, даже не замечая, что улыбается так широко, что мышцам, наверное, было больно.
- Когда я приеду, у нас с тобой, пацан, будет свидание, ладно? Пойдем в Чаки-Чиз, устроим лазерный бой, сходим в боулинг или куда ты захочешь. Мы съедим столько вредной вкусной фигни, что твоя мама посадит под домашний арест нас обоих. Не говори ей о наших планах, хорошо?
Пытаясь сдержать улыбку, Генри посмотрел на мать, которая в ответ многозначительно приподняла бровь. Поцеловав её в щёку, мальчик повернулся к экрану.
- Ладно, можешь ей сказать. Она всё равно узнает. Реджина, ты тоже с нами идешь. Когда я приеду, мы проведем день вместе. Втроем, – Эмма задумчиво наклонила голову. – И, наверное, Августа тоже возьмём.
Оператор что-то пробормотал, и блондинка кивнула, запуская пальцы в волосы. Несколько локонов выбились из пучка.
- Мне нужно идти. Но я просто хочу сказать, что я вас всех люблю. И я всё время думаю о вас, ребята. Присматривайте друг за другом.
Запись закончилась, и улыбка Эммы застыла на экране. В комнате было тихо, будто все гости разом решили не мешать Миллсам в такой личный момент. Внезапно Генри сорвался с коленей Реджины и, подлетев к столу, начал нажимать кнопки.