Как только Муххамед скрылся с глаз, Нил позволил боли захлестнуть его. И она накрыла мужчину приливной волной, прострелив плечо, разрывая грудь. Упав на четвереньки, он, всхлипывая, хватал воздух. Красное пятно под левой рукой разрослось до подмышки, и с мундира капала кровь. Он так неебически устал, думал Кэссиди, перенося вес тела с правой руки и зажмуриваясь. Господи, блять, Иисусе.
- Давай, Нил. Поднимайся! – кто-то схватил его подмышки и потянул, поднимая. Рану придавило, и он буквально почувствовал, как пуля уходит глубже. Он закричал.
Эмма почти отнесла его к единственной оставшейся машине. Но Нил покачал головой. Они все ближе. Тридцать футов.
Нил упал на землю. Эмма упала на него, потому что выстрелы раздались снова. Девушке хватило самообладания, чтоб отступить под защиту стены, за которой они укрывались несколько часов, и оттащить туда же друга.
Из седана вышло пятеро. Стрелки они, конечно, хреновые, но энтузиазма им не занимать. Они палили без разбору, не целясь, песок взметался так, будто каждый выстрел активировал спрятанную мину. Камень крошился, и, казалось, еще пара хороших выстрелов, и их единственная защита рухнет.
- Не высовывайся, – буркнула Эмма.
Нил поднял руку и поморщился, зашипев сквозь зубы. В глазах мутилось.
- Вот оно, да?
- Не сейчас.
- Вот ради этого мы живем, – продолжал он, немного истерично. – Чтоб погибнуть, овеянными славой.
- Нил, – блондинка выглянула из-за стены и выстрелила. Один упал, но четверо оставшихся были в двадцати футах.
Господи! Он схватился за больную руку. Что ж, если он умрёт, то хоть не будет один в последние минуты. Эмма выстрелила еще пару раз прежде, чем снова укрыться за стеной, пригнув голову. Она посмотрела на друга, потом на приближающиеся цели и, наконец, наклонилась к нему, чтоб осмотреть рану.
- А-а-а! – Нил вскрикнул, хватая её руку.
- Нужно тебя осмотреть, – она вытянула руку из под его кителя. Ладонь была вся в крови.
Нил засмеялся, у него кружилась голова.
- Эй, сделай мне одолжение, – Эмма нахмурилась, догадываясь, к чему он клонит. – Скажи Тамаре и Алии…
- Нет, Нил.
- Они должны знать, что я люблю их, ладно? – он задохнулся и сполз ниже по стене, когда камень над его головой рассыпался от выстрела.
Лицо Эммы было суровым. В изумрудных глазах промелькнуло волнение, сменившись стальной решимостью:
- Сам скажешь, на свадьбе.
- Что?
- Я тебя прикрою.
- Нет.
- У тебя дома жена. И ребёнок. Не тебе сейчас спорить, – она так сгребла его за воротник, что Нил задохнулся.
- У тебя тоже! – протестующее крикнул он.
Его слова задели Эмму, но она только моргнула и крепче сжала его ворот.
- Просто тащи свою жопу в машину! – рявкнула Свон, тряхнув его. Вытащив газовую гранату из сумки, она метнула её. Под газовой завесой, они смогли выбраться из укрытия.
Поддерживая Нила, наугад стреляя в сторону противника, Эмма шла к машине. Нил старался изо всех сил. Его кровь тянулась по земле, отмечая их путь, как хлебные крошки. До машины десять футов. Подняв голову, Кэссиди увидел, что Карбера, высунувшись из окна, стреляет по их преследователям. Крик, глухой звук падения. Перед глазами пятна. Он не чувствует руку. Она онемела так, что он не может ею пошевелить, как ни старается.
Газ рассеялся. Десять футов. Пуля разбила заднюю фару машины.
Задняя дверь со стороны водителя открылась, и сержант перебрался за руль, продолжив стрелять.
- Давайте! Двигайтесь!
Они почти добрались. Они сядут в машину, и Карбера увезёт их отсюда. И они встретятся с Кеном и Фредом и уедут домой. У них получится.
Нил запрыгивал в машину, когда услышал это.
Эмма вскрикнула от боли, и этот крик эхом отдался в его ушах. И вес на его плече внезапно исчез. Его с силой толкнули в спину, вталкивая на заднее сидение. Эмма лежала на земле меньше, чем в футе от машины. Её нога была в крови.
- Эм! – Нил протянул руку. Он почувствовал, как кончики пальцев Эммы коснулись его собственных. Раздавшийся выстрел заставил мужчину отдернуть ладонь – как раз вовремя, чтоб не лишиться пальцев.